Моя новая маска

Сперва я уезжала на курорт, что вместе с дорогой составило почти тридцать дней, а когда вернулась в город — нашла несколько писем кёрста де Лонга, в последнем из которых он сообщал, что по делам фирмы уезжает почти до осени. Меня до слез растрогали его прощальные строки:"

"— Кёрста Элен, мне крайне жаль, что я вынужден вас оставить одну, среди неподписанных бумаг, и не могу оказать даже моральной поддержки. Я не нарушал наш договор, Элен, но перед отъездом, волнуясь за вас, я сообщил своей сестре и зятю, что собираюсь сделать вам официальное предложение, и просил их оказать вам любую поддержку, какая может понадобиться. Поверьте, это вас ни к чему не обяжет, и ваши руки по-прежнему развязаны — вы всегда можете отказаться от моего предложения.

А я не хотела отказываться! Первый раз в моей жизни мне встретился тот самый «рыцарь без страха и упрека», который видел во мне не просто симпатичную ему девушку, но и личность. Он не заинтересован был ни в моих деньгах, ни в моих идеях, но переживал за меня и мои дела даже больше, чем за себя. Его не смущала даже та странность, что я не желаю бросать свою торговую марку.

Только размышляла я, скучая без Марселя, вовсе не о его достоинствах, уме и порядочности…

Часто, яркой картинкой, вспоминалась крупная мужская ладонь у меня перед глазами. С той самой синей бархатной коробочкой. Вспоминались темно-каштановые, чуть вьющиеся волосы, из которых, даже при аккуратной укладке, нет-нет да и выбивался непокорный вихор на макушке. Мне хотелось дотронуться до той самой одинокой ямочке на левой щеке, заглянуть в карие глаза с янтарным отливом и сказать, как сильно я соскучилась без него.

Вспоминая прошлую жизнь и придуманную мной для себя «маску силы», я понимала, что и в этом мире я старалась отгородиться от людей новой маской — маской «благоразумной юной кёрсты, с честью несущей свой долг «старшей в роду»».

Да, я полюбила своих брата и сестру, я даже допустила в этот тесный круг кёрсту Тиан, но на этом и все. Я боялась жить, отгораживалась от мира и, заодно, прятала за спиной семью.

За все это время я так и не удосужилась завести себе подруг и знакомых, я даже не попыталась наладить отношения с родными приятелей Линка. В самом начале знакомства я восприняла сестру Марселя просто как удобную ширму для деловых переговоров. Но ведь это не совсем так или даже — совсем не так!

Ивонна Мерридж была интересной и остроумной собеседницей, до отъезда на курорт я бывала в ее доме еще несколько раз и видела, что за маской светской кёрсты и матери семейства скрывается образованная женщина, прекрасно разбирающаяся в местной поэзии и обладающая тонким художественным вкусом.

Однажды она показала мне плоды своего тайного увлечения.