Моя невинная девочка

– Бабуль, так…

– Не спорь со мной, сколько раз говорить? Макар в котором часу будет?

– Уже должен подъехать.

Нетерпеливо срываюсь с места и бегу к окну, чтобы выглянуть на улицу, и в этот самый момент у дома останавливается блестящая черная машина. Проглатываю счастливый визг и хватаюсь за ручку пакета и стоящей рядом сумки, но бабушка отводит мои ладони.

– У тебя мужчина есть, пускай он носит. Позволь ему выполнять возложенную на него роль. И пойди расчешись.

– Так расчесывалась же, – растерянно произношу, проводя ладонью по волосам."

"– Еще расчешись, и сделай пяток глубоких вдохов. Нельзя перед мужчиной поскуливать и крутиться, как собачонка. Помни про чувство собственного достоинства, – говорит она и выходит из дома.

Убегаю в спальню, хватаю расческу с комода и начинаю водить по волосам. Ну как можно не выражать свой восторг, если он бурлит во мне? Если выплескивается наружу, окатывая радужными брызгами все вокруг? В голове стучит «Я его сейчас увижу», гулким эхом отдаваясь в сердце. Ну вот как можно не показывать своих чувств? Как их спрятать, когда ты впервые влюбилась, и это чувство большими буквами написано на лбу? Да и от кого скрывать? И бабушка, и Макар все знают. А еще он сказал, что я должна быть самой собой. А настоящая я светится от восторга. Внезапно становится так страшно и вспоминаются слова бабушки про то, что счастье любит тишину. А вдруг и правда, если слишком громко, то можно это потерять? Мотнув головой, позволяю волосам рассыпаться по плечам, и этот жест возвращает мне хорошее настроение.

– Ты проходи, – слышу голос бабушки. – Голоден? Софья наготовила еды, словно на целую армию.

– С радостью бы попробовал ее стряпню, но, к сожалению, нам нужно ехать, у меня еще дела сегодня.

Бегу к двери из спальни, но резко притормаживаю, делаю пять вдохов, как наставляла бабушка, и спокойно выхожу. Вижу Макара, который стоит у выхода из дома, и сердце начинает бешено колотиться в груди, дыхание прерывается, как только наши взгляды сталкиваются. Его потемневшие глаза рассматривают меня, светятся таким же несдерживаемым счастьем, как и мои. Или мне так только кажется? Может, я просто хочу обмануться в этот момент, поэтому безоговорочно верю в свою фантазию.

– Привет, Соня, – первым отмирает Макар.

– Привет, – голос больше похож на мышиный писк, но он, кажется, этого не замечает.

– Готова? – я молча киваю, тряхнув головой.

– Макар, вот эта сумка и пакет, а Софья возьмет свою сумочку и цветы.

– Красивый букет, – нарочито медленно произносит Макар.

– Срезала с бабушкиной клумбы, – считаю нужным пояснить. Макар кивает и подхватывает вещи.

– Ты неси в машину, Макар, а я с Соней парой слов переброшусь, и мы выйдем.