Моя ненормальная (СИ)

 — Идёмте, Стервочка рожает. Без меня у неё будет стресс.

— Стервочка? — с интересом переспрашиваю.

— Кобыла. Стервочка. Она племенная, красивая, — с гордостью рассказывает и ведёт через дом на задний двор. Мы только поспеваем за ним. — Осталось чуть-чуть и можно будет пить чай. Вы же не торопитесь?

— Нет-нет, — тут же отвечаю и за себя, и за Евгения, и лишь потом виновато поворачиваюсь к парню.

— Не торопимся, — улыбаясь подтверждает Женя."

"— Очень хорошо. Тогда потом и покататься можно будет. Лошади…они же люди, прекрасные создания. А вот и Стервочка.

Новый друг

— Ты когда-нибудь каталась верхом? — шелестит за спиной низкий голос Евгения. От его почти интимного шепота на затыке встают дыбом волоски.

— Да. Очень давно. С Игорем, — отвечаю сбивчиво.

— Елисеев?

— Угу, — рассматриваю вход в конюшню. Там, заманчиво фыркают самые благородные животные в мире.

Нет ничего красивее красивого жеребцы и кобыла. Я уже и забыла, как раньше восхищалась и любила их.

— Ну, что друзья, идёмте знакомиться, — словно из воздуха материализуется Василий Иванович.

— Как Стервочка?

— Всё отлично, — радостно отвечает. — Парнишку родила, таким же окрасом.

Мы проходим к стойлам. Из каждого загона свисает голова. Кто-то фыркает, кто-то жуя провожает нас взглядом, пока мы проходим длинный коридор.

— Я вас сейчас познакомлю с моей жемчужиной, с самым красивым конём за всю историю человечества, — гордо рассказывает хозяин этого потрясающего дома. — Её собирались усыплять, но я забрал и выходил. Конечно, на скачки уже не выставишь, но я и не стремлюсь, а вот просто покататься ещё можно.

Он подводит нас к загону откуда высовывается морда удивительного золотого окраса. Не белая, не рыжая, а именно золотая! Впервые такое вижу.

— Это ахалтекинский конь. Самый красивый конь. На протяжении пяти тысяч лет ахалтекинцы не скрещивались с другими породами, поэтому они являются самыми чистокровными, — он открывает загон и выводит скакуна к нам. Правая нога забинтована, конь слегка прихрамывает, но голову держит прямо. Царственно.

— Можно? — с восторгом спрашиваю и протягиваю руку к мордочке. Напрочь забываю о волнениях., перед таким великолепием дух захватывает и сердце через раз работает.

— Конечно, — мягко отзывается Василий Иванович.

— У него потрясающий окрас, — заворожено смотрю как переливается крупа огромного животного.

— Ахалтекинцев еще называю золотыми лошадьми. Из-за их необычного окраса. Есть лошади в этой породе, что отдают сияние золотом, а есть — серебром. Мне достался с золотом, — и столько в глазах счастья и восторга у мужчины, что я сама выдаю нечто подобное. — По мимо металлического блеска шерсти, они умны, выносливы, быстры, а также они умеют быстро адаптироваться к любому климату.