Моя нелюбимая девочка (СИ)

Когда я прошел отбор, надо было заложить родительскую квартиру, чтобы гарантировать мое возвращение и то, что я буду себя нормально вести и учиться за границей. Мама с папой сделали это, потому что верили в меня, хотя трешка в спальном районе - единственная недвижимость, которая у них была.

Как мама узнала о моих чувствах к Заре - загадка для меня. Как я не пытался в тот момент проанализировать это, ничего не выходило. Моя мать видела только Карима, который пару раз приходил к нам, когда я еще жил с родителями.

- Розочка, - так папа ласково называл маму, чье имя с казахского переводится как “роза”, - считала, что тебе другая девушка нужна.

-Какая? - удивленно вскидываю брови.

-Та, которая будет любить тебя, а не наоборот, - произнес он и вернулся в исходное положение и окинул восхищенным взглядом стеклянные высотки у воды. - Вот молодцы арабы! Такой город в пустыне отгрохали.

-Пап, - позвал я, недолго помолчав. - Как ты понял, что мама - та самая, кто тебе нужен?

Он ответил не сразу, а задумался, смотря вдаль.

-Она у меня из головы не выходила. Все мои мысли занимала. Но такая неприступная была, как скала. Комсомолка.

И у меня в голове тоже поселилась одна неприступная, непокорная и очень принципиальная девчонка, о которой я вспоминал каждый день. Пытаясь разобраться в себе, я понял, что по возвращении в Дубай, во мне произошел ощутимый раскол. Одна моя часть продолжала любить Зару и лелеять ее светлый образ в душе, но мозг, вступив в открытую конфронтацию с сердцем, продолжал подсовывать яркие воспоминания о двухнедельном романе с Ирадой.

Я видел, как наяву, ее роскошные кудрявые волосы, и мог поклясться, что чувствовал на кончиках пальцев мягкость и нежность ее белоснежной кожи и бархат пухлых розовых губ. Я помнил, какие они на вкус, помнил острые ощущения какого-то первобытного восторга, когда входил в нее и понимал, что первый.

Но я сломал ее. Разбил, как фарфоровую куклу, которую нужно было беречь. И еще вспомнил, что в нашу последнюю встречу в ее словах проскользнула фраза: “Я хотя бы буду жить, а не любить того, кто меня никогда не полюбит”. В первый раз в жизни я просчитался, выбрав сумасшедшую, непосредственную и ни на кого не похожую девчонку, которая подкупила меня не только красотой и свежестью, но и характером. Моя роковая ошибка.

Не знаю, как это произошло, но в одно воскресное утро, я проснулся и понял, что больше ничего не чувствую. Яркое солнце заливало всю комнату, за панорамными окнами гудел идеальный город в пустыне. Я сел на кровати, согнув колени и положив на них руки. Образ моей некогда идеальной женщины растворился в предрассветном тумане, и я больше не помнил, как звучит ее голос, как она двигается и говорит.