Моя неидеальная женщина

Оранжевый для Мандаринки, то есть для меня, а тебе...

— Я напоминаю кислый лимон?

— Какой лимон? Ты ему солнышко напоминаешь. Так и сказал: «Два солнечных светила на нашем с Вороном небосводе!»

— Угу. Осталось всех ослепить ярким светом. А что Матвей делает так высоко на сосне? — застываю, испытывая волнение.

— Пускает скупую мужскую слюну, — размышляет Маринина. — Уедиенция у товарища полковника наверное. Оттуда обзор шире. Ох, уж этот зверский самец! — шуточно стонет, покусывая нижнюю губку.

— Ты к нему не равнодушна, Кать? — А как же Кирилл?

— Кирилла я люблю, а этим мамонтом просто восхищаюсь. А что? Красивый же мужик. Жаль, что одинокий.

— Смотри-ка, для мальчишек старается, — отмечаю наличие стройматериалов поблизости. — Пиратский домик Илюшка просил. Я забыла.

— Главное, чтобы полковник под собой ветку случайно не отпилил, — хохочет Катюха. Может поможем пока Нине Владимировне? Жаль мужика провоцировать.

— Очень правильная идея, Кать, — соглашаюсь, на миг залюбовавшись мужским дружным коллективом...

* * *— Лыжая! Лыжая! Смотли, что мы нашли! Алекс! Давай быстлей сюда!

Илья несётся как угорелый. За ним из-за угла дома выбегает Сашка, обгоняя его.

— Ухтыжка! Вот это поворотики! — выкрикивает звонко Катя. — А где у вас грибы растут? В саду, что ли? Под яблонями?

— Мамулечка Ася! Смотри какие красивые и огроменные! — Алекс резко тормозит у моих ног. Едва смыкая на толстых ножках грибов свои маленькие пальчики, протягивает мне в руки два Боровика. Илюшка с ходу запрыгивает на руки к Кате.

— Действительно огроменные! — искренне удивляюсь находке. — Где вы их нашли?

— В ёлках нашли. Там, за домом, лядом с заболом! Теть Оль, смотли!

— Ничего себе. Их засушить можно на зиму. Нарезать кубиками и нанизать на тонкие палочки, — подсказывает блондинка.

— Точно! Потом ими белочек и ёжиков кормить, — согласно кивает Сашка. — Как же я сразу не подумал. Мамуль, можно к тебе на ручки?

— Держи, Лика, — передаю грибы рядом стоящей девушке. Подхватываю Сашку на руки. В последнее время он часто копирует Илью. Навёрстывает упущенное, хитрец.

— Я тебя с папкой так люблю, — крепко стискивает ручонки на шее и следом шепчет на ухо:

— Спасибо тебе, что ты есть у меня. И за папку спасибо... — ещё больше прижимается губами к ушной раковине и щекочет её неравномерным дыханием. Я съеживаюсь, закрываю глаза, сдерживая слезы, мне хочется рыдать и одновременно смеяться от счастья. — Бабушка Нина с братом такие классные... Здесь так здорово, мам. Я так мечтал... так мечтал... — мягкий поцелуй в щеку растворяет меня в непосредственности ребёнка, пьянит и уносит за горизонт."

"Ладонью чувству со стороны хрупкой спины сына, как внутри него ускоряет биение маленькое сердечко. Прижимаю Алекса за лопатки к своей груди.