Моя неидеальная женщина

Может быть Вам удастся в ком-то распознать Глеба Самойлова, того самого, о котором рассказали Матвею Владимировичу. Если же нет — попробуем составить фоторобот. Вы художница. Должны обладать хорошей фотографической памятью. Не так ли? Начнём? — не успела я опомниться, как холодный и рассудительный киборг вернулся обратно в тело Максима. Минутное наваждение растворилось, словно туман.

— Давно Вы рисуете? — открыл файл с фотографиями и отошёл на метр к ближайшей стене. Опершись спиной о стену, скрестил руки на груди и, не отрывая взгляда от ноутбука, непринуждённо вёл со мной беседу.

— Наверное с пелёнок. Сколько себя помню, — принимаюсь просматривать снимки.

— Ваш дедушка, Беляев Савелий Ларионович, он ведь заслуженный художник РСФСР?

— Да. Всё верно.

— Анастасия, от чего скончался ваш дед?

— От сердечного приступа. В день смерти врачи заподозрили обширный инфаркт. Как сейчас помню: мы тогда втроём отмечали его день рождения. Я приехала с Светланой на выходные навестить деда. Утром сходили на кладбище, занесли цветы. Я для бабушки, подруга для матери. Привели в порядок могилки. Затем вернулись домой, приготовили обед. Дедушка так и не успел задуть свечи. Мгновенно стало плохо. Схватился за сердце, упал. Скорая не успела приехать вовремя. Когда врачи забежали в дом, он уже не дышал.

— Диагноз поставили по результатам вскрытия?

— Я не позволила этого сделать. Не решилась, — смахиваю ладонями выступившие слезы.

— Раньше, до дня смерти, приступы у него случались?

— Было пару раз. Наблюдался в кардиологии. Согласно записям в карте, его состояние называли «относительно удовлетворительным с положительной динамикой». Перебоев в работе сердца не было, — после очередного щелчка мышкой я остановилась на знакомом лице. Тот самый брюнет, лет тридцати, с карими глазами.

— Похож? — поинтересовался Максим и подошёл к ноутбуку. Склонился надо мной, рассматривая лицо мужчины."

"— Это он. Спрашивал о старинных иконах на деревянной основе.

— И что Вы ему ответили?

— А что я могла ответить? Я никогда о них не слышала, Макс. Дедушка ничего такого дома не хранил. Кто он?

* * *Максим открыл файл с информацией на Глеба и тотчас отстранился, избавив меня от дискомфорта, вызванного сближением наших тел.

— Антон Иванович Заславский, — читаю, прокручивая на уме что-то очень знакомое.

— Он же Глеб Самойлов, — с уверенностью добавляет Максим. — Имя вам ничего не говорит?

— Кажется.., художник-реставратор из Эрмитажа. Только я с ним никогда не пересекалась. Он тогда в больницу попал с переломом руки.

— Именно. Тебя взяли временно на его место. Любовник покойной Светланы Загорной. Большой ценитель антиквариата.

Глава 6. Арест с поличным.

Арест с поличным.

Снежана.