МОЯ. Не отдам! (СИ)

Можно даже помечтать, что я, вся такая блистательная и роскошная, к себе домой возвращаюсь, и никто-никто мне не мешает. Где-то в кабинете наверху работает папа, по дому бродит толстенький и похрюкивающий от старости мопс Бро…

Даже дверной молоток в виде головы шута на месте. Стучу несколько раз. Мне открывают и приглашают войти, провожают в столовую. Стол накрыт для двоих.

— Руслан Тимурович сейчас спустится.

Я выбираю место во главе стола, накладываю салат, наливаю себе лимонада в высокий стакан.

За спиной — шаги.

Неторопливые, уверенные.

Лестница поскрипывает знакомо. Стараюсь не оборачиваться, добавляя к салату жареное мясо.

— Здравствуй, Моника. Заставила же ты меня попотеть, — на плечо опускается тяжелая рука с перстнем. — С возвращением домой, голубка моя, — стискивает плечо и хлопает по нижней линии челюсти. — Пересядь-ка.

— Это место Пименова Льва Николаевича. Папы нет. Значит, место — мое! — упрямлюсь.

— Место твоего отца в могиле, дорогуша. Хочешь отправиться за ним следом?

— Хочу поесть. Невежливо заставлять даму ждать и быть голодной. Меня не кормили.

Калмыченко хмыкает и обходит за стол. За год он раздобрел и стал еще более кряжистым. Кожа загорелая, рожа пышет здоровьем.

— Невежливо, согласен. Поужинаем.

Он начинает есть, время от времени смотря на меня, разглядывая. И чем дольше он на меня смотрит, тем меньше мне нравится его взгляд.

— А ты симпатичнее стала. На девку похожа, а не на жердь, — поглаживает подбородок задумчиво. — Будешь умницей в постели, оставлю тебе дом. Хочешь?

— Дом и так — мой. По праву должен быть моим!

— Верно, — посмеивается. — Папаша дом тебе завещал. Но получишь ты его или нет, будет зависеть только от тебя.

Ублажать борова в постели? Вот еще.

Калмыченко достает из кармана ключ и опускает его на стол.

— Ключ от ячейки в банке. Открыта на твое имя. Мне нужно то, что лежит в ней. Завтра ты ее откроешь, — произносит с угрозой. — А потом посмотрим, насколько ты готова сотрудничать и быть ласковой…

Глава 33

Глава 33"

"Ника

— Что в ячейке?

— Можно подумать ты, голубка моя, не в курсе.

— Не в курсе.

— Значит, узнаешь завтра. Ешь, ешь, тощая. Люблю, когда у бабы чуть пониже спины помягче. У тебя все-таки там маловато будет.

— Вадим работает на вас? — спрашиваю с досадой.

— Толковый малый, после первого же внушения понял, на чьей стороне нужно быть. Честно говоря, я уже почти не надеялся, что ты объявишься.

— Он не падал с лестницы. Да?

— Я в такие подробности не вдаюсь. Малец получил за то, что не смог убедить тебя сразу. Во второй раз подобных проколов он больше допускать не стал.

Выходит, у Вадима не было выбора? Или был? Невесту же он себе завел, она даже беременная! Это окончательно разбивает остатки моей детской влюбленности.

— Я хочу побывать на могиле у папы.