МОЯ. Не отдам! (СИ)

Согласна?

Так… Я уже ничего не понимаю! Он меня закрутил!

Окружил соблазнами и договоренностями!

— Согласна, — поглаживает запястье.

Мурашки побежали толпой, внутри заныло.

Вадик, прости. Это все ради выживания. Мы все равно будем вместе! Я вынуждена пойти на эти жертвы…

— Согласна, — лицо горит, как будто меня столкнули в прорубь!

— Значит, угадываю имя. Вероника — не подходит. Ника — сокращенное от… Доминика? — заглядывает в лицо.

— Нет.

Сейчас взорвусь. Просто взорвусь, если он…

— Моника, — произносит уверенно. — Мо-ника.

Внутри все тает, дрожит, горит, покрывается инеем, становится льдинкой и снова тает… Облизываю пересохшие губы.

Дан смотрит.

Жадно.

— Дорога. Смотри за дорогой.

— Она прямая. Еще километров пять. И пустая.

Он отпускает мою руку и опускает ладонь на ногу, чуть выше колена.

— Все хорошо, Моника. Твой секрет останется твоим. Я не из болтливых…

Во мне бурлит горячий источник благодарности. Настолько шальной, что даже захотелось поцеловать…

Глава 24

Глава 24

Ника

Поцеловать Дана в щечку в знак благодарности или не стоит?

От мысли поцеловать угли внутри разгораются докрасна, и, как ни странно, но мысль «не стоит» не остужает, напротив, распаляет запретом.

Поддавшись импульсу, я немного оттягиваю ремень, чтобы не врезался.

— Спасибо! — целую в щеку.

Губы касаются сухой, горячей щеки под скулой, но отодвинуться не успеваю. Дан перехватывает меня под подбородком и впивается в рот своими губами, алчно берет их в плен, втягивает, посасывая.

Мне хорошо от его поцелуя и тревожно: мы же на дороге.

— Дорога… Дорога, Дан! — шепчу с паникой, не в силах отлипнуть от его поцелуев.

Машину тянет вправо, резко тормозим на обочине. Дан быстро отодвигает кресло, отщелкивает ремни и тянет меня к себе на колени.

— Эй… Ты чего?

Вопросы отпадают, когда я понимаю, «чего».

Ладони Дана ловко избавляют меня от расстегнутого пуховика, опускаются на талию и тянут к себе поближе.

— Поцелуй хорошенько. Так, чтобы мозги вылетели.

— Я так не умею, ты что.

— Снова врешь, — выдыхает ближе.

Кончик его языка очерчивает мои губы, легко касается. Я дрожу и едва не стону от желания, чтобы его язык коснулся моего и пам-па-рам-пам… Как он это делает?

— Бери, если хочешь, — поддразнивает, быстрыми и неглубокими толчками слегка погружаясь в мой рот. — Бери….

Одна ладонь поглаживает мой зад в трикотажных брюках, вторая ползет под свитшот. Дорожка прикосновений ползет пылающей змейкой по моей коже. От ожидания, что будет потом, тугими камушками сводит соски.

Дан касается меня под грудью, чуть-чуть поддевает пальцами бюстгальтер.

— Аааа… — стону в его рот, сдавшись.

Так быстро?

Так нужно…

Горячий, влажный рот Дана исследовать одно удовольствие.