Моя мишень

Можно подумать, он настолько крут, что не боится инфекций, типа они сами боятся его. Ругаюсь на Лешу, но ему нет дела до моих искренних возмущений: то и дело зажимает меня и смеется потом. Дурак! Сейчас больной поедет в свою командировку, что хорошего?

Завтрак растягивается на несколько часов, а когда я, наконец, пью кофе на кухне и параллельно смотрю музыкальный клип на планшете, Алексей вдруг подходит и ставит на стол коробочку. Заглядываю внутрь — не торт и не подарок. Бинты, ватные диски, перекись.

— Перевязку осилишь?

— Я?

— А кто? Не переться же мне в травмпункт ради пары швов, — показывает пальцем на бровь.

За ночь отек вокруг глаза немного спал, но зато сам белок налился красным и все вместе выглядит жутковато. Будто прицел встроен в голову моего снайпера, героя-Терминатора.

— Нет, я, наверное, не смогу.

— Придется самому.

Он берет аптечку и направляется в ванную, а мне, после недавних сумасшедших ласк, признаний и просто волнующего восторга от того, что мы вместе, нестерпимо хочется стать значительной частью его жизни. Даже той неприятной и опасной ее стороны, где он попадает в неприятности.

— Ладно, подожди. Я попробую, — облизываю ставшие сухими губы. — Я ведь не доучилась, ты помнишь?

— Вот и посмотрим, осталась ли в тебе тяга к врачеванию.

Он возвращается и плюхается на стул, принимая удобную позу, широко раскинув ноги. Я хорошенько мою руки, затем подхожу ближе, оказываюсь аккурат между его ног. Наглые руки, конечно, тут же укладываются на мою задницу, пока я морально настраиваюсь причинить ему боль, отодрав повязку.

— Смелее, — подбадривает меня.

Руки откуда-то сами помнят, что делать. Смачиваю прилипший бинт, осторожно убираю его. Очищаю рану, проверяю, все ли в порядке, — заживает хорошо, но рассечение глубокое, вероятно, останется шрам, хорошо, что зашили. Кожа вокруг темно-темно синяя. Накладываю новую повязку.

— Вы такая серьезная, девушка, — говорит он нейтральным голосом, словно обращается к постороннему человеку. Сам улыбается уголком губ. — Жить буду?"

"— Будете, и даже красавчиком останетесь. Не хотите, кстати, отрастить волосы чуточку длиннее? Тебе пойдет, черты лица станут мягче. Хотя бы немного сверху, вот тут и тут, — зажимаю между пальцев слегка отросший ежик на макушке. Мне кажется, с правильной прической он мог бы выглядеть смазливым, но эти мысли решаю не озвучивать.

Он смотрит на меня как на блаженную.

— Еще джинсики в облипочку и электронную сигарету в зубы, — проговаривает.

— Вовсе необязательно.

— Я думал, оно все идет комплектом, — широко улыбается. — Ты меня со своими блогерами не путай, мой стиль продуман до мелочей и вряд ли он поменяется, — спорю, он единственный в мире умеет грубить так, чтобы не было обидно.