Моя мелкая зараза

— Ты что, дачу приобрёл и собак завёл? — спрашиваю, обалдевая от догадок.

Территория небольшая, но ухоженная. В центре стоит бревенчатый дом темно-коричневого цвета, с пристроенным гаражом справа.

— Хм, не поверишь, но да, — отвечает он с лёгкой улыбкой, въезжат в гараж и тут же его закрывает.

Заглушив двигатель, Мирон поворачивается к нам: — Выходим и тихо направляемся в дом. А я пойду выпущу собак из вольера, — смотрит на Аню, — чтобы не было желания сбежать.

— Псих, — шипит она на него, выходя из машины.

Выхожу следом, и обойдя машину, подхожу к Мирону. Он протягивает мне ключи.

— В дом можно зайти через гараж, — указывает на дверь.

— Пошли, — говорю Ане, — или мне тебя тащить? — и забираю ключи у Мирона.

Аня, глубоко вдохнув, проходит вперёд, остановившись у двери, нервно осматривается и ждёт, пока я открою дверь.

Войдя внутрь, мы оказываемся в небольшой гостиной в тёмных оттенках. Ничего лишнего: небольшой диван, явно рассчитанный только на двоих, стоящий напротив камина. По бокам, друг напротив друга, стоят два кресла, а на пушистом ковре перед камином разбросаны подушки.

Явно местечко для влюблённых.

И самое удивительное — диван, кресла и ковёр белого цвета. Данный контраст сразу бросается в глаза, это явно был выбор не Мирона.

Аня тоже окидывает взглядом это место, устало опускается в кресло и, глядя на меня, говорит:

— Может, вспомним прошлое? — морщусь от её слов.

— Пфф, — откидывается на спинку кресла.

В дом через главный вход заходит Мирон и, взглянув на раскинувшуюся в кресле Аню, произносит:

— Ну что, сама всю правду расскажешь? Или мне тебя в комнату пыток отправить? — Подходит к ней и ждёт ответа.

Я сажусь в кресло напротив неё и тру руками лицо. Как достала меня она и её игры.

— Ты что, увлёкся БДСМ? — приподнимает она одну бровь.

— Лучше, — растягивается он в улыбке.

— Да пошли вы, ничего вы мне не сделаете, — шипит она в ответ, нервно оглядываясь.

— Я предупреждал, — Мирон хватает её, поднимает из кресла и тащит к двери под лестницей, ведущей на второй этаж.

— Опусти меня, ненормальный! — кричит она, пытаясь вырваться. Мирон, дойдя до двери, распахивает её и вталкивает Аню в комнату.

— Посиди там, подумай. Но помни, террариумы открываются в десять, и они выходят на прогулку.

От услышанного я приподнимаю брови; самому стало интересно, что же там. Смотрю на Мирона, а он стоит, словно секунды отсчитывает от возникшей тишины.

— Выпусти меня! — кричит она, яростно стуча по двери. — Ненормальный.

— Не выпущу, подумай малость. До десяти у тебя есть время. А потом все они поползут к тебе, как в палатке. Помнишь?

— Придурок, — продолжает колотить по двери.

Я качаю головой, вспоминая, как она орала, когда к нам в палатку заполз паук.