Моя любой ценой (СИ)

Мое тело плавится от умелых прикосновений, от того, как настойчивые пальцы нажимают на клитор в такт резких движений, как поцелуи жалят кожу, наверняка оставляя следы.

Все это превращается в бесконечный круговорот ощущений, где каждый новый виток вынуждает все сильнее сдавать позиции.

На моих глазах слезы, но это не останавливает ни одного из нас. Мне так физически хорошо и так горько от этого, что сдержать их не выходит.

Банальная фраза — предает тело — обретает реальность.

— Да, вот так, золотце, впусти меня глубже, дай мне себя, — бормочет Феликс, укладывает меня обратно, вздергивает за бедра, все сильнее открывая для себя.

Я уже смирилась с происходящим, перестала заниматься самобичеванием, оставив это на потом. Решила, что страшнее ничего не будет, как Багров проводит пальцами между ягодиц, вполне определенно намекая на более изощренные виды проникновений.

Я дергаюсь, но разве можно выползти из-под этого танка если он не захочет?

— Стой смирно! — резкий шлепок обжигает ягодицы. — Стой, я сказал.

— Пожалуйста… Не надо…

— Не буду, — вдруг соглашается он. — Сегодня. Ты не готова еще, красота. Мы расширим твои границы постепенно, — добавляет порочным шепотом, накрывая своим телом.

Кожа к коже. Его дыхание — на моей шее, а бесстыдные пальцы — опять между ног.

— Ты дашь мне все, Злата. Все, что я захочу. А я возьму.

Всхлипываю, не имея ни малейшей возможности возразить — мысли разбегаются, слова не складываются, и все, что у меня выходит — стонать от чувственных касаний.

— Ты — моя! — резко вгоняет член до упора и буквально рычит. — Моя, Злата!

Нет сил — ни спорить, ни сопротивляться — я словно глина в его руках. Податливая и мягкая. Сознание как в тумане — будто это магия какая-то. Иначе не знаю, чем объяснить это помутнение.

Когда мы оба кончаем практически одновременно, мне кажется, из меня высосали все силы. Тяжело дышу, даже глаза открыть не могу. Он все забрал. Все."

"Горячее тело позади меня, но у меня нет возможности даже чуть отодвинуться. Феликс же, напротив, оказывается еще ближе — так что мы будто соединяемся во весь рост.

— Отпусти меня домой. Пожалуйста.

Мне чудится, что мой шепот слишком тихий. Но Багров разбирает слова. Даже удивительно.

— Зачем?

— Меня брат ждет.

Я боюсь, что он откажет, что воспользуется своим положением, потребует исполнить его каприз. Но вместо этого мужчина вдруг встает и уходит в ванную. Слышу шум воды, а вскоре он возвращается.

— Водитель отвезет тебя, — скупо произносит Феликс. — Будь готова через двадцать минут.

После чего уходит из комнаты.

Из последних сил плетусь в ванную, чтобы хоть немного привести себя в порядок.