Моя любой ценой

 — Прости, сестренка, но ты не понимаешь, как опасен этот человек.

— А ты его откуда знаешь?

— Пришлось узнать, — неохотно отвечает Леша. — По вопросам бизнеса.

— Кстати, ты ведь приехал по делам, — вспоминаю, решив обойти щекотливую тему. — У тебя что-то случилось в фирме?

— Рабочие моменты. Ничего серьезного.

— Ты никогда не делишься ничем, — говорю я, возвращаясь к разогреванию еды.

— А ты?

— Свадьба — это единственное, о чем я умолчала. И то, лишь потому что мне… Знаешь, не хотелось, чтобы ты меня жалел. Ну, и чтобы бросал свои дела важные и…

— Какая же ты дурочка, Злата. Но то, что я узнал так поздно, не значит, что этот обмудок не получит по заслугам.

— Что? Не смей — испуганно говорю. — Не лезь к нему! — даже хватаю Лешу за руки, пытаясь удержать, словно он прямо сейчас побежит к Кравцову. — Мне это не нужно!

— Правда? То есть ты легко стерпишь, что эта тварь вместо того, чтобы отменить все и по-человечески обсудить, опозорил тебя?!

— Ты не понимаешь. Сейчас уже прошло время, все стали забывать это. А ты… Если ты пойдешь к нему и снова начнешь разборки, то снова все это всплывет. А я не хочу! Не хочу опять ловить эти жалостливые взгляды, слышать шепот за спиной. Пожалуйста, Леш, не заставляй меня снова это проходить.

В его обычно спокойном и отстраненном взгляде проскальзывают вина и боль. За меня."

"— Прости, — вздыхает тяжело. — Похоже, не вышло у меня присмотреть за тобой, как просил отец, — с горечью говорит он.

— Ты не сможешь уберечь меня от всего. Жизнь она такая — бывает, что тебе делают больно.

Он явно со мной не согласен, я чувствую это. Но хотя бы не продолжает давить.

— Но все-таки, пожалуйста, не клей этих двух захлебывающихся слюной. Я этого не переживу, — перевожу разговор на более нейтральную тему.

Брат демонстративно кривится.

— Они же одноразовые.

— Не хочу ничего знать про твои мужские потребности, — машу руками. — Просто не с ними. Иначе ведь потом… — морщусь, представляя, как девчонки будут ходить и вздыхать по Лешке, а затем донимать меня. — Не отвяжутся.

— Ну, учитывая, что мне придется подзадержаться, гадить здесь и правда не стоит.

Выразительно смотрю на него, пытаясь пристыдить, но брат лишь посмеивается.

— Что? Я мужчина одинокий, сама понимаешь, нужен выход эмоциям.

— Я же просила! — вопреки здравому смыслу, все же краснею.

Разговор переходит в более безопасное русло, и больше мы к теме Багрова не возвращаемся.

— Брата дома приютишь? — уточняет Леша после ужина. — Или, может, гостиницу тогда подскажешь?

Возмущенно смотрю на него.

— Когда это я тебя в гостиницу отправляла?!

Тот иронично хмыкает.

— Вот и не надо возводить на меня напраслину! — тычу в него пальцем. — Идем, поможешь мне постельное достать.