Моя любимая рыжая ведьма

На лице ведуна застыло весьма странное выражение. Нет, не высокомерие и не брезгливость, а что-то совсем иное. Так смотрят мужчины на приглянувшихся женщин. С интересом и азартом. Сглотнув, я отошла от столика на шаг. Как говорится: от греха, или в данном конкретном случае — от ведуна, подальше. Еще чего не хватало, чтобы на меня плотоядно пялились. Есть мясо, пусть жуют и маринованным огурчикам глазки строят.

— Нет, конечно, господин. Что вы, — промямлила я. — Будут еще пожелания к заказу?

— Да неси уже хоть чего-нибудь, — простонал страдающий похмельем маг. — И напиток не забудь. Его в первую очередь.

«Пить надо меньше, — злорадно подумала я, — тогда и демонстративно помирать не придется».

Повернувшись, я уже двинулась в сторону кухни, когда помещение огласил звонкий хлопок. Моя попа вспыхнула огнем.

— Ах, ты ж, — обернувшись, я открыла рот, чтобы выплеснуть гневную тираду в сторону распоясавшегося огневика, только вот слова застряли у меня в горле. Маг, что только что чуть не получил на свою голову от меня град проклятий, шокировано смотрел на светловолосого ведуна. А тот, в свою очередь, прищурив черные очи, ожидал моей реакции. Так значит, да!

— Еще раз так сделаете — плюну в тарелку! — прошептала я, шипя как змея.

Мужчина расхохотался."

"— Считай, оно того стоило, — проказливо ответил он.

Одарив наглеющего ведуна самым тяжелым ведьминским взглядом, на который только была способна, я, насупившись, бочком отошла от столика и со скоростью раненной антилопы понеслась на кухню. Вот же, гад. И ведь не отомстишь — управляющий за мной наблюдает. Ну, ничего, жизнь она длинная, а дорожки все пересекаются. Еще увидимся, ведун.

Залетев на кухню, я сунула повару под нос листок с заказом.

— Ага, вот и рулетик своего часа дождался! Сейчас я его подогрею, как новенький будет, — счастливо запричитал Фаяр и кинулся к холодильному шкафу. Я пожалела, что этот рулет просто замороженный, а не протухший. Отравить бы слегка этого рукастого, чтобы конечности свои при себе держал. Кто бы мог подумать, что такой сноб шлепки девицам в тавернах развешивает.

«Да чтобы ему женщин совсем не хотелось, — в сердцах пожелала я, — чтобы ему ведьма праведная в жены досталась. Чтобы он влюбился в девственницу-тихоню! Чтобы … чтобы…». Моя фантазия не справлялась с эмоциями. Так хотелось чего-то эдакого этому ведуну пожелать, а идей не находилось.

Следующие десять минут я, кипя от злости, сидела на стульчике и от нечего делать закручивала на пальчик непослушные вьющиеся рыжие локоны. В детстве в приюте меня за них «морковкой» обзывали. Думала, вырасту и срежу все локоны до единого. А сейчас я гордилась своей истинно ведьминской шевелюрой. Такой цвет редкость. Это, можно сказать, моя визитная карточка.