Моя фамилия Павлов (СИ)

Если бы у меня были старые танки, то результат был намного хуже. Если на начало войны, когда на моих Т-34 ещё стояли старые 76 миллиметровые орудия, этого вполне хватало, то позже, когда пошли модифицированные четвёрки с более толстой бронёй, то этого калибра явно стало маловато. Хорошо хоть, что к этому времени практически все танки перевооружили на новые орудия, которые восстановили наше преимущество. Просто страшно подумать, что было бы, если у меня были старые Т-26 и БТ. Хотя я стараюсь по мере возможностей в основном вести бои с немецкими танками из засад, но и открытых боёв хватает, особенно, когда наступать надо не немцам, а нам, и вот именно в таких случаях, если мои танки будут атаковать Тигры, то потери будут устрашающими. Тут в принципе даже один два танка стоящие в правильном месте смогут не только остановить, а порой и уничтожить не то что роту, а и целый танковый батальон. Подобрать место, где можно легко запереть противника, подбить передние и замыкающие танки и потом отстреливай остальные как в тире.

Катуков замолчал и тогда Сталин спросил оставшегося Ротмистрова.

-А что вы скажите товарищ Ротмистров?

-А что тут говорить, товарищ Сталин, я полностью согласен и с генералом Павловым и генералом Рыбалко и полковником Катуковым. Они всё сказали верно, раз у противника появились такие танки, то нам необходимо немедленно на это реагировать, в противном случае немцы смогут получить значительное преимущество перед нами. Конечно, с новыми танками успешно могут бороться Костоломы, но их не так много и по сути у них совершенно другие задачи. К тому же, они чересчур уязвимы в ближнем бою, отсутствие у них башни делает их мало пригодными к быстрому и маневренному бою, особенно, если им повредить ходовую. Это исключительно техника поддержки.

-Понятно, вижу, что у вас единое мнение по этому вопросу, а что насчёт большого танкового сражения в следующем году?

Слово снова взял генерал Рыбалко.

-Думаю, что генерал Павлов и тут прав. Если бы не Николаевская катастрофа, то мы твёрдо удерживали бы свои позиции и Киев так же был нашим.

Тут Сталин невольно поморщился, всё же в этом была в немалой степени и его вина, и ему было неприятно это слышать, но при этом он прекрасно понимал, что генерал Рыбалко не ставит ему это в вину.

-Теперь, когда мы выправили обстановку и генерал Жуков твёрдо держит фронт, война снова стала позиционной, и для нас тут более выигрышная ситуация, так как мы наращиваем армию, обучаем и вооружаем её новейшим вооружением. И тут следует особо отметить, что мы не только не уступаем противнику в вооружениях, но по многим параметрам и значительно его превосходим.