Моя драгоценность

Три мальчика примерно в возрасте трёх-четырёх лет и две девочки, одна на вид тех же лет, что мальчики, а вторая постарше. За весёлой вознёй детей наблюдали молодые женщины, расположившиеся вокруг стола с разнообразными закусками, большим чайником и чашками.

– Наконец-то мы собрались, – Юффи умиротворённо вздохнула и обвела подруг довольным взглядом. – Подумать только, сколько времени прошло с нашей последней встречи…

– И сколько всего случилось, – с усмешкой добавила Эона, бросив взгляд во дворик – один из мальчишек был их с Уином сыном, Дорином.

В данный момент он о чём-то увлечённо спорил с наследным принцем Димарии, размахивая руками и сверкая глазёнками. Хорошо, на садике стоял щит, глушивший магию, и детки не могли натворить ничего непоправимого.

– Нори, а ты всё так же занимаешься расследованиями с Ормаром? – поинтересовалась Леви, тоже одним глазом поглядывая за сыном.

– Ну… Он запретил, – слегка смешалась леди де Сано и её щёки окрасил лёгкий румянец.

Остальные молодые женщины в крайнем удивлении уставились на графиню, не совсем уверенные, что правильно её услышали.

– Прости… как запретил? – осторожно переспросила Элетта и сделала глоток из чашки. – И ты послушалась?

Норрэна вздохнула, покраснев ещё больше, и ответила:

– В общем, есть веская причина, – и снова замолчала.

Юффи прищурилась, глянув на подругу острым взглядом, и вдруг разулыбалась, недоверчиво покачав головой.

– Да неужели?! – тихо воскликнула она. – Ну наконец-то ты решилась! И как давно? – королева посмотрела на пока ещё плоский живот графини де Сано.

– Два месяца, – Нори улыбнулась, её ладонь легла поверх юбки, а взгляд стал мечтательным. – Решилась, да… Рада с Томом между прочим сговорились! – она возмущённо фыркнула и закатила глаза. – И… и вот, – улыбка леди Халцедон стала беспомощной и мягкой.

– Девочка, – уверенно заявила Юффи, откинувшись на спинку кресла. – Ори рад?

– Да он горд, как будто в одиночку взял целую банду контрабандистов! – с тихим смехом ответила Норрэна. – Правда, сначала мы… хм, выясняли, как так получилось без моего на то согласия, – она снова покраснела.

За столом раздались ещё смешки, и воцарилась уютная, умиротворяющая тишина.

– Эли, а помнишь, твой первый жених, что с ним? – через некоторое время спросила Эона. – Так и остался в Таниоре?

Элетта покачала головой, рассеянно глянула на дочь и улыбнулась – та пошла в отца, ушками и хвостиком.

– Он на Морин женился, – ответила Рысь. – Хорошая девочка, как раз для него."

"Молодые женщины снова замолчали, думая каждая о своём. Несмотря на прошедшие годы и то, что теперь у всех были семьи и дети, они радовались, что всё же смогли сохранить дружбу, пусть даже и встречаться получалось гораздо реже.