Моя дочь – волчица

Связанных людей сажали в микроавтобус. Он все бы отдал за то, чтобы узнать, кого собираются вывезти из клиники и почему, но это было несбыточно. Во дворе остался один из санитаров, остальные вернулись в здание. Теперь Стас не сводил взгляда с микроавтобусов. Что происходит? Эвакуация? Зачем? Сплошные вопросы, и ни одного ответа. Он дождался очередного возвращения санитаров. Вышли четверо. Кто-то нес коробки, кто-то толкал впереди себя тележку. Знакомая процедура загрузки прошла быстро, но на этот раз санитары не ушли. Вместо этого они сели в машины, по двое в микроавтобус — на водительское место и на пассажирское. Тот, что оставался во дворе, залез в кузов микроавтобуса, куда грузили людей. Крячко услышал звук заработавших двигателей, и машины плавно двинулись к арке, отделявшей внутренний двор от дороги. Одновременно с этим он почувствовал запах гари.

— Молодой человек, вы там не курите? Мне показалось, что пахнет паленой бумагой, — обеспокоенно проговорил дядя Изя, приподнимаясь на подушках и отыскивая глазами незваного гостя.

— Действительно, пахнет гарью, — вынырнул из-за шторы Стас. — Кажется, это в коридоре. Оставайтесь здесь, я посмотрю.

Не дожидаясь ответа, он тихо выскользнул из палаты. По коридору уже бежали. Крячко взглянул на дверь северного крыла. Из-под нее тонкой струйкой выползал дым. «Подожгли или самовозгорание? — пронеслось в голове. — Если подожгли, то здесь оставаться небезопасно». В подтверждение его мыслей в коридоре кто-то крикнул: «Закрывай палаты, никто не должен выйти! Приказ босса». Следом за этим криком защелкали замки, а женский спокойный голос принялся увещевать тех, кого запирали, убеждая их, что никакой опасности нет, просто в одном из помещений произошло возгорание. Нужно сохранять спокойствие, и все обойдется. Так говорила девушка, и, судя по тому, что никто не возмущался в ответ, ей верили.

Дать себя запереть Крячко не собирался. Он пробежал до конца коридора и замер, спрятавшись за дверью. Однако на четвертый этаж никто не пошел. Закончив работу на третьем этаже, те, кто сообщил пациентам о пожаре, спустились вниз. Крячко начал медленно спускаться следом. Дойдя до третьего этажа, вдруг вспомнил, что одна из комнат принадлежала санитару по имени Славик. Возможно, у него имеется сотовый телефон. Необходимо срочно дозвониться до Гурова и предупредить о том, что происходит в клинике. Ради этого стоит использовать любой шанс. Крячко прокрался к двери комнаты Славика и, прижав к ней ухо, прислушался. До него донеслось едва слышное сопение. Славик отсыпался после ночного дежурства. «Еще немного везения, и дело в шляпе», — подумал Стас, поворачивая дверную ручку. Та поддалась, дверь не была закрыта на замок, и он бесшумно проскользнул в комнату Славика.