Моя до конца (СИ)

Потом, конечно, долго перечитывала, внося бесконечные правки, теряясь в формулировках фраз.

Моя лучшая подруга, Таисия Аланьева, сегодня известная в городе художница, чьи картины прекрасно продаются, написала наш с мужем портрет, который и стал её свадебным подарком. Именно он был главным украшением выездной церемонии. Вместо попсовой арки мы обещали друг другу счастливую вечность перед лицами юных Арины и Макара, списанного моей подругой с фотографии, что я и сейчас ношу на шее в своем том самом кулоне. Фото, сделанного когда-то давно на одной из киевских высоток.

Это была потрясающе нежная и в то же время веселая свадьба. Свадьба моей мечты. По утру, к судну подплыла лодка, в которую спустился мой муж, а следом и я, Арина Туманова-Ветрова.

Ага, двойная фамилия. Как я и мечтала когда-то. Юная, взбалмошная и совершенно несносная студентка… Кто же знал, что он предначертан мне? А как иначе назвать нашу встречу спустя столько лет?

Ох… Мой Ветер…

В первых лучах солнца мы, под искренние слезы счастья близких, что махали нам руками с палубы, уплывали в будущее. Предназначенное для нас двоих. Прекрасное и невероятно счастливое. Уверенна, мы доказали свою любовь друг другу. А если жизнь распахнет пасть, я вспомню себя ту, в студенчестве, и суну ей под нос дулю!

Потому что Арина Туманова-Ветрова — это вам не какая-нибудь краля!

Сейчас же Макар протягивает мне цветы, которые я подношу к лицу — легкий запах тюльпанов и роз окутывает, а крепкие руки обнимают, чтобы теснее прижать к себе.

— У меня тоже кое-что для тебя есть."

"Макар в непонимании приподнимает бровь и смотрит с прищуром.

А я в ответ протягиваю ему тест. Глаза внимательно разглядывают пластик, на котором отчетливо видны две красные полоски.

Мы не хотели спешить. Хотя и знакомы очень давно, мы потеряли достаточно времени, чтобы лететь, гоня коней и сломя головы. Насладиться друг другом по-настоящему нам хотелось с еще большим чувством. И мы следовали этому желанию. А почему нет? Это ведь только наша жизнь и другой не будет.

К желанию иметь ребенка мы тоже пришли вместе. Просто однажды, проходя мимо детской площадки, которую, к слову, миновали каждое утро, мы засмотрелись на ребенка, что плакал в коляске. Мамочка, сидевшая до того на лавочке подбежала и взяла малыша на руки. Я улыбнулась и положила голову моему Ветрову на грудь, а он, бережно прижав, заглянул в глаза и поцеловал в макушку. Тогда я впервые услышав детский плач почувствовала не тревожность «помогите», а желание взять на руки своего мини-Ветрова.

— Неужели… — выдыхает и я замечаю, как влажнеют глаза, — Риша… я так счастлив!

Он подхватывает меня на руки и кружит, а я, запрокинув голову смеюсь, ощущая себя абсолютно счастливой.