Моя девочка (СИ)

Минуты тянулись медленно, словно в них было не по шестьдесят секунд, а вся тысяча. Терпение и умение ждать никогда не были моим коньком, а сейчас так и вовсе сдерживать себя, чтобы не пойти и попытаться прорваться в интенсивную терапию с боем, было невыносимо сложно. Чтобы хоть немного отвлечься, достал телефон и набрал Косте.

— Ну что там у тебя? — нетерпеливо поинтересовался, как только он взял трубку.

— Да пока ничего нового, — невесело отозвался друг. — Федоров сбросил записи с камер, но я еще не успел их посмотреть, с сетью блин херня какая-то, так долго все грузится. Что касается аварии, там свидетели говорят, девушка сама на дорогу выскочила, как будто специально под колеса бросилась. С водилой поговорил, он тоже самое рассказывает. Сам бледный весь, перепуганный — видно, что не врет.

— Ясно. Что ничего не ясно, — я поморщился от прострелившей висок острой боли, и на автомате растер его пальцами. Сто лет уже голова не болела, а тут опять началось. По ходу это все нервы. — Ладно. Посмотри, что там на камерах, потом перезвонишь.

— А ты еще не в больнице?

— Да в больнице, но тут тоже пока ничего не ясно. Поступившую девушку сейчас оперировать будут, там счет на минуты идет, меня на неё посмотреть не пустили. Сказали ждать.

— Черт…

— Да.

— Ладно, я как что найду, сразу отзвонюсь.

— Давай.

Отключился и, убрав трубку в карман, устало откинулся на спинку жесткой больничной банкетки. Наверное, еще никогда в своей жизни я не чувствовал себя таким беспомощным.

Больше всего бесила неизвестность. Умом я понимал, что с большой вероятностью это может быть всего лишь совпадение, и сбитая девушка вовсе не моя Даша. Она у меня, конечно, девочка мнительная, ранимая, и наверняка была огорчена услышанным, возможно даже шокирована, но не до такой же степени, чтобы бросаться под машину? Суицидальных наклонностей я за ней раньше не замечал, особенно если учесть, какую жесть она уже успела пережить, и не сломалась…

Никогда не был набожным, но сейчас сидел и молился, неуклюже сложив руки домиком, и прислонившись к ним лбом.

«Господи, если ты есть, пожалуйста, пусть это будет не она. Знаю, что грешен, знаю, что много в своей жизни дерьма натворил, но прошу, не наказывай меня за это настолько жестоко…»

Пусть лучше меня самого самосвал переедет, но только там, наверху в операционной, пусть будет не Даша! Моя маленькая невинная девочка, которая доверилась мне, полюбила меня, а потом услышала, как другая женщина признается мне в любви. Наверняка надумала себе черт знает что. Точно решила, что я сплю со своей секретаршей. Сам виноват, сам накосячил, а ведь еще и злился на неё за этот побег, кретин.