Моя девочка

Леша всасывает нижнюю губу, тут же проводя по ней языком, хаотично гладя, перебирая мои волосы. Мне кажется, что я очень быстро лечу в пропасть в его руках, так что дух захватывает. Алексей продолжает ласкать мой рот, лишая кислорода, а я интуитивно отвечаю ему, не сдерживаюсь, всхлипывая ему в губы от захвативших меня чувств. И тут все заканчивается, так же резко и неожиданно как началось. Он разрывает наш поцелуй, тяжело втягивает в себя воздух, как будто тоже не дышал все это время. Вынимает руки из моих волос. Закрывает глаза. И вся реальность происходящего резко обрушивается на нас двоих. Не знаю что сказать, слова застревают в горле. Разум включается, мысли наслаиваются одна на другую, а тело по-прежнему дрожит и горит, требуя его внимания. И я понимаю, что он меня уже не держит, а я до сих пор сжимаю его рубашку, и онемевшие пальцы не слушаются меня, не желая его отпускать. Алексей открывает глаза, обхватывает мои запястья, отрывая мои руки от себя, но запястья не выпускает, слегка их сжимает.

- Ангелина, - а голос его по-прежнему тихий и еще немного хриплый. - Прости меня, девочка. Я не хотел... прости. Я так сожалею об этом, это просто наваждение какое-то ...

- Сожалеешь? - растерянно спрашиваю я. Он сожалеет? Он целовал меня, а теперь извиняется. За что?

- Да Лина. Я сожалею. То, что сейчас произошло, это неправильно. Я сам в этом виноват, ты всего лишь маленькая девочка. Я должен был держать себя в руках. Это все неправильно. Черт! - повышая тон, говорит он с какой-то горечью. - Что я несу? - спрашивает, скорее себя. Отпускает мои руки. - Просто прости меня. И забудь все, что сейчас произошло.

- Нет, - резко отвечаю я, сама себе удивляюсь.

- Нет?"

"- Нет, мне не за что тебя прощать. Потому что мне понравилось. Я отвечала тебе, потому что тоже этого хотела. И я не сожалею в отличие от тебя. Это был самый лучший поцелуй в моей жизни.

- Боже. Ангел, ты сама не понимаешь, что говоришь. Это все неправильно, - он отходит от меня, отворачивается, подходит к окну, упирается руками в подоконник, и смотрит в чистое небо. Ангел?! Он назвал меня Ангелом, и, несмотря на то, с какой горечью он это произнес, мне понравилось как это прозвучало.

- Я понимаю, что это неправильно. Но я не сожалею. Я тоже этого хотела, - зачем-то упрямо твержу я. Сама не понимаю, зачем я это делаю и что хочу ему доказать. Он не отвечает мне, стоит, сжимает руками подоконник, и словно застывший, смотрит вдаль. Разворачиваюсь и убегаю в свою комнату, захлопываю дверь, прислоняюсь к ней и сползаю на пол, совершенно не понимаю, что только что произошло. Дура! Боже, какая же я дура! Почему я не оттолкнула его и отвечала ему со всей страстью? Что я хотела ему доказать? Он прав это все неправильно. Так нельзя. Это просто безумие.

***

На часах уже восемь вечера.