Моя чужая жена

Глаза пьяные, волосы разметались по плечам, грудь просвечивает.

– А я не хочу! – злая и прекрасная, в моей власти.

– Доказать обратное или признаешь?

– Нет! – выкрикивает, а сама голову откидывает мне на плечо. Молча ныряю под юбку, забираюсь под резинку трусиков, накрываю горячее лоно. Намерено вдавливаю пальцы, собирая влагу, задеваю клитор, и ее со стоном выгибает.

– Еще доказательства нужны? – спрашиваю хриплым шепотом на ушко, проходясь кончиком языка по мочке.

– Ненавижу! – шипит как кошка, а сама ножки разводит, открывая мне доступ к горячему лону.

– Насколько сильно ты меня ненавидишь, моя вкусная девочка? – провоцирую, массируя клитор, размазывая по лону ее очень влажное возбуждение.

– Очень сильн-о-о-о! – стонет, когда немного щипаю пульсирующую вершинку. Бляя-я-я-я! Хочется выть от остроты ощущений.

– Ненавидь, моя хорошая, только не будь равнодушной, мне очень нужны твои эмоции, – задыхаясь, шепчу ей в приоткрытые губы. – Ты оху*но горячая, девочка… Я уже и забыл, какая ты вкусная.

Внутри меня уже не просто горячо, по крови растекается лава, сжигая. Наглею, входя в нее сначала одним, а следом и вторым пальцем. Проскальзываю на всю длину.

– Танюша, моя девочка, только моя, – хриплю ей словно в бреду, хватая ртом воздух, когда она сжимает мои пальцы; кусаю ее губы, выскальзываю назад, массирую клитор, а потом снова вхожу пальцами, поглаживая стеночки влагалища, и вновь выскальзываю, чтобы безжалостно потирать пульсирующею бусинку. Ловлю ее стоны губами, сжимаю грудь, терзаю острые соски через тонкую ткань, сжимая их, покручивая. Она содрогается, глухо стонет мне в губы, улетает, сжимая мои пальцы судорогами, а потом прокусывает мне губу в кровь и кончает. Сам взрываюсь в экстазе. Член больно пульсирует на каждый ее рваный стон. Она всегда быстро кончала от моих ласк, очень чувствительная, невыносимо сладкая. Не девочка, а мечта.

– Да, моя хорошая, – целую ее в плечо, немного царапая кожу зубами.

Надавливаю на спину, чтобы прогнуть про себя. Потому что мне очень нужно в нее. Немедленно или я взорвусь от адского возбуждения. Но Таня вдруг выпрямляется, разворачивается в моих руках и смотрит на меня блестящими глазами.

– Хочешь меня? – вдруг хитро спрашивает она тягучим возбужденным голосом.

– Очень хочу, – вожу влажными пальцами по ее губам, заставляя слизать собственную влагу. Она накрывает мой член ладонью и слегка поглаживает, сжимает, а у меня в глазах яркие вспышки.

– Я хочу сама, – шепчет мне томным голосом, начиная расстегивать ремень.

– Я весь твой, ириска, – расслабляюсь в предвкушении.

И тут моя хитрая девочка со всей силы бьет меня коленом в пах. В глазах темнеет от боли. Возбуждение усиливает болевые ощущения. В глазах темнеет от чувствительности.