Мой злодей

Отперев одну из комнат второго этажа, Мэри подвела Ребекку к постели.

— Пожалуйста, не стесняйтесь и прилягте, если вам нехорошо, — попросила она.

Ребекка знала, что единственный способ почувствовать себя лучше — поскорее опустошить желудок. Она терпела достаточно долго и больше сдерживаться не собиралась.

Мэри вышла и закрыла за собой дверь. Она не собиралась смущать гостью.

Глава 31

Руперт сам не сумел бы придумать лучшего способа отвлечь обитателей дома. Дети поспешили за дамами наверх, а он с Сэмюелом остался в гостиной. Через несколько минут беседа снова стала оживленной, однако Руперт все время поглядывал на дверь.

— Эти трудности с ребенком внове для меня. Я чувствую себя виноватым. Бедная моя женушка! Боюсь, ей сейчас нужна моя помощь. Вы позволите, я поднимусь к ней?..

И, не дожидаясь ответа, он выбежал из гостиной.

У Руперта было мало времени, да и в любую минуту за спиной мог возникнуть один из малышей, поэтому он быстренько заглянул в пару комнат и юркнул в ту, что была ему нужна.

Оставив дверь открытой, он направился к письменному столу. Тщательный обыск, конечно, был невозможен, поэтому Руперт просто набил карманы всеми бумагами, какие только мог найти, и сразу покинул комнату. Пирсон, конечно, заметит пропажу и поймет, что бумаги мог взять только гость, но Руперт надеялся, что к тому времени они уже будут на полпути к побережью.

В обычных условиях на выполнение этого задания у него ушло бы по меньшей мере две недели. За это время он стал бы другом семьи. Его пригласили бы в комнаты, куда сейчас ему не было доступа. Он завоевал бы доверие Пирсона. Но из-за Ребекки приходилось спешить. Видите ли, ей понадобилось быть в Лондоне через три дня! Черт его дернул согласиться на ее условия! Из-за этого он почти лишается единственного шанса найти то, что требовалось. Но ведь он не мог оставить Ребекку одну в чужой стране?

Вылетев из комнаты, Руперт наткнулся на Мэри Пирсон, выходившую из детской. Завидев его, она понимающе улыбнулась и кивком показала на соседнюю дверь. Он быстро вошел в комнату и снова прикрыл дверь.

Ребекка стояла на коленях в углу, склонившись над ночным горшком. Последнее время он часто наблюдал эту сцену. И хотя обычно вид женщины в таком положении возбуждал его, характерные стоны и вздохи мгновенно уничтожали весь эффект.

— Молодец, Бекка. Ты отличная актриса. Но нам пора уходить.

Повернув голову, Ребекка смерила Руперта уничтожающим взглядом, но через мгновение снова со стоном склонилась над горшком.

— Я не шучу, Бекка, — поторопил ее Руперт. — Пойдем. Нужно спешить. А на свежем воздухе тебе станет легче.

Ответа не последовало, и Руперт в раздражении добавил:

— Здесь никого нет, кроме меня, черт возьми. Можешь, наконец, закончить свой спектакль!..