Мой злодей

Ребекка немедленно повернула назад. Она даже не проверила, открыта ли дверь! Если он так крепко спит, что даже стук не поднял его с постели, она с полным правом может войти. Потребуется всего несколько минут, чтобы растолкать Руперта и рассказать о лорде Албертоне. А потом она с чистой совестью отправится спать, переложив на него все заботы.

Почти подбежав к комнате Руперта, Ребекка повернула ручку. Дверь открылась!

Она немедленно поняла, почему он не слышал стука. Ему отвели настоящие покои, с отдельной спальней. И из-под другой двери не падал свет.

Она несколько раз постучала, прежде чем толкнуть дверь. Внутри было темно, слишком темно, чтобы различить, где находится постель, и Ребекка не собиралась туда заходить. Взяла горевшую в гостиной лампу и остановилась на пороге. К сожалению, кровать оказалось пуста."

"— Почему я нисколько не удивлен? — раздался за спиной язвительный голос. — Позвольте мне угадать, вы снова ищете шарф?

Глава 21

Ребекка повернулась так быстро, что лампа в ее руке наклонилась, грозя упасть. Она поспешно подняла другую руку, чтобы стеклянная колба не вывалилась из держателя. В этот момент она была слишком взволнованна, чтобы думать об опасности обжечься. Но все обошлось, и она поспешно поставила лампу на столик рядом с дверью.

Руперт направился к ней, и вид его не предвещал ничего хорошего.

— Я все объясню, — поспешно сказала Ребекка, не подозревая, как обольстительно звучит ее голос, все еще хрипловатый после долгого импровизированного концерта.

— Зачем? Разве объяснения так уж необходимы? — усмехнулся Руперт. — Вы, очевидно, вспомнили мои слова о том, что случится, если я найду вас в месте, где вам не следует находиться. Не сомневаюсь, именно на это вы и рассчитывали. Так что позвольте заверить, моя дорогая девочка, что никаких слов больше не требуется.

Она ничего не понимала. Кажется, тогда он говорил о каких-то выводах, которые сделает, если она окажется там, где ей не следует быть.

Ребекка едва не задохнулась. Узнав его ближе, она теперь догадалась, что речь шла о чем-то неприличном. Неужели он не шутит? Неужели действительно вообразил, что она собиралась поощрить его, придя сюда сегодня?

— Вы будете смеяться, поняв, насколько далеки от… — попыталась она объясниться, но договорить не успела. Он взял ее лицо в ладони и припал губами к губам. И тут это случилось снова, эти поразительные новые ощущения нахлынули на нее при первом же его прикосновении. О Господи, ничто не сравнится с ее ощущениями, когда он слегка отклонил ее голову, чтобы усилить натиск. Поцелуй становился все более страстным. На этот раз речь не шла об уроках. Руперт даже не пытался уговаривать ее. Его раскованность была тем факелом, который воспламенил обоих.