Мой злодей

Пусть подтвердит ваши слова.

— О Господи! — нетерпеливо воскликнула Элизабет. — Вы все еще настаиваете на своем? На вас нет костюма, следовательно, вы вовремя обнаружили, что сегодня он не понадобится. И как же вам это удалось?

— Ангел-хранитель меня предупредил.

Элизабет подняла брови, но, должно быть, решила пропустить мимо ушей столь странное замечание и сказала:

— Значит, ничего страшного не случилось, верно?

Но могло случиться. И обе это знали. Гнев Ребекки разгорелся с новой силой. Она немного остыла бы, услышав извинения, но их не дождаться. И очевидно, переговоры зашли в тупик. Ей в голову не приходило, что Элизабет будет просто все отрицать. Как бы нагло Элизабет ни вела себя с самого начала, Ребекка по крайней мере ждала, что та превратит все в шутку, посмеявшись над ее доверчивостью. Но этого не произошло.

— Больше не пытайтесь ставить меня в неловкое положение. Вряд ли последствия вам понравятся, — предупредила Ребекка и для пущей важности добавила: — И вам лучше не будить меня, когда придете.

— Или что? — осведомилась Элизабет.

Хороший вопрос. Ребекке пришлось немного подумать, прежде чем процедить:

— Иначе я полюблю солнечные лучи, проникающие в окно рано утром.

Конечно, угроза прозвучала довольно жалко, но по крайней мере дошла до сознания Элизабет. Если та хочет войны, Ребекка готова принять вызов.

Высказавшись, Ребекка повернулась, собираясь уйти, и увидела, что стоящие поблизости три девушки дружелюбно ей улыбаются. Должно быть, они все слышали. Ребекка покраснела и направилась к двери, но одна из девушек догнала ее и пошла рядом.

— Давно пора было отчитать Элизабет Марли за ее безобразные выходки, браво! — воскликнула она с искренней улыбкой. — Я Эвелин Дюпре. А вы, надеюсь, Ребекка Маршалл?

— Да, но откуда вы знаете?

— Нам сообщили, что вы приедете завтра. Вы стали четвертой фрейлиной герцогини Кентской. К сожалению, Элизабет Марли тоже одна из нас, а это означает, что вы не сможете избегать ее, как, впрочем, и мы.

Эвелин была довольно хорошенькой: рыжеватые волосы и зеленовато-карие глаза. Судя по виду, она была на год-другой моложе Ребекки. Для того чтобы стать фрейлиной, было вовсе не обязательно достичь брачного возраста. Обычно эта служба длится не менее четырех лет или до следующих выборов придворных дам.

— Значит, я не единственная, кто пытался с ней подружиться? — полюбопытствовала Ребекка.

— Господи, конечно, нет. По-моему, она одинаково ненавидит всех девушек. Она приехала первой и на этом основании считает себя вправе командовать всеми, чего, конечно, мы не признаем. — Эвелин вдруг нахмурилась.