Мой волк

– Лови оборотня, – Эля с силой толкает меня в грудь. – Я заберу Агату, – она хватает меня за подбородок и разворачивает. – Она жива! В сознании! Да беги же! Накажи! Отомсти! Тебе не справиться с ведьмами. Ну что ты ждешь?!

Я не только слышу племянницу, но уже и сносно вижу.

– Забери Агату, – рычу в ответ и с трудом нахожу силы, повернуться к своей паре спиной. – Перенеси ее домой.

– Он побежал на восток, – сообщает Эля, и я срываюсь с места.

Деревья и кустарники придавило ударной волной к земле. Волчью фигуру я замечаю сразу. Бежит, бросив дочь и поджав хвост. Петляет, спотыкается. Хорошо его зацепила Агата, что даже регенерация оборотня еще не справилась.

Бегло осматриваюсь. Лео оглушен. Надеюсь, другие Альфы смогли укрыться. Лесана без сознания, на нее больно смотреть. И ведьмам я не завидую – тела словно обожжены. Дряблая кожа покраснела, раны явно приносят страдания. Верховная же была похожа на черепаху, опрокинутая на спину. Она дергала руками и ногами, силясь перевернуться на бок. И как только в небе проявилась фигура Милы в сопровождении двух демонов, я бросился в погоню. Теперь Агата в безопасности.

Я оборачиваюсь волком. Обоняние, слух, зрение обостряются, а вместе с ними и злость. Сейчас мной руководит зверь и я не собираюсь его сдерживать. Он фокусирует взгляд на приближающемся волке, рычит, скалится, мечтает схватить его за горло.

Зверь Платова смотрит за спину, чувствует мой взгляд, пытается ускориться, но я настигаю его и сбиваю с ног.

– Сожр-р-ру, – рычу, обходя врага по кругу. – Ты не должен жить!

Соперник не поднимает головы. Как же он жалок! Думает у меня не хватит смелости сомкнуть челюсти на его горле? Так не угадал!

Мой зверь скалит морду, открывает пасть и приближается.

“Порвать, – подсказывает он. – Моя пар-р-ра… Ей больно – с рычания переходит на жалобный вой”.

Делаю шаг, нависаю над врагом, склоняюсь…

– Не нужно! – прерывает женский голос. Голос Богини. Селены. Она рядом. Красивое лицо серьезно. – Сохрани ему жизнь, – не приказывает – просит. – Я хочу показать другим своим детям, что присматриваю за ними.

Зверь делает шаг назад. Ни я, ни он не можем отказать Богине.

Селена медленно подходит, присаживается рядом с Платовым, смотрит с сочувствием, гладит его по загривку.

– Не такими я вас создавала. Не такими я хотела вас видеть. Вы предаете своих братьев. Продаете, словно товар. Обмениваете. Ужасно…

В глазах Селены скапливается влага.

– Ты продал невинную душу ведьме. Этого я не прощу. Обернись, – приказывает и отстраняется. – Я хочу смотреть в глаза человеку и, надеюсь, увидеть в них раскаяние.

Зверь Платова принимает сидячее положение, его оборот проходит медленно, а значит – болезненно. Человеческое тело изранено. Покрыто черными гематомами и ожогами.