Мой учитель Лис

Но если честно, так нам ли, старикам, осуждать юные сердца?

Рогатый гость фыркал, возмущался, тряс бородой, сучил ногами, но никак не мог сформулировать в ответ ничего вразумительного. С одной стороны, козла явно не устраивала информация о неожиданном выходе замуж его подопечной, а с другой — это был единственный шанс оставить поместье за семьёй О’Доннеллов. Рыжий интриган прекрасно понимал это и вёл свою игру.

— Мы с моим племянником переночуем здесь, а завтра утром вместе с вами обратимся к местному священнику с просьбой о регистрации брака. Думаю, вам надо подумать, успокоиться и выпить. Но напоследок взгляните на них. Голубки! Вот право слово, просто невинные воркующие голубки!

Закусив бороду и неуверенно передвигая раздвоенными копытцами, старый адвокат покинул дом, позволив Лису проводить себя за порог. Вернувшись и аккуратно закрыв дверь на засов, месье Ренар строго обернулся к нам:

— Мальчик мой, отпусти девушку, иначе тебе действительно придётся на ней жениться. А вы, мисс Полли, похоже, не всё нам рассказали. Давайте вместе рассмотрим личность адвоката вашей семьи. Вы не против?

Хозяйка свиного поместья кивнула, убрала мои руки со своей талии и, быстро приготовив кофе, пригласила нас к столу. С её слов, старый адвокат Готтшем вёл дела её семьи, сколько она себя помнит. Он всегда был несколько экспрессивным, но отец всецело доверял ему.

Однако именно козёл был первым, кто прилюдно выдвинул версию о родовом проклятии Поркхауза. Поскольку он же якобы и прочёл в завещании деда страшные слова о зле в ночи и вилах дьявола, кидающих грешников в смрадный загон к свиньям.

Догадка вертелась у меня на языке, и мистер Лис это видел. Он улыбнулся в тонкие усы, а потом вдруг доброжелательно кивнул."

"— А что, если вилы — это следы от рогов козла? — не веря своему счастью, выкрикнул я.

Видимо, слишком громко, потому что все невольно прикрыли уши.

— Не может быть, — картинно всплеснула руками мисс О’Доннелл. — Право, мне трудно в такое поверить, этот благородный джентльмен старинный друг нашей семьи. Какой ужас!

— Действительно, куда катится этот мир, — сочувственно подтвердил Ренар, понюхал кофе, сделал блаженное лицо (или морду, уж как кому угодно) и деликатно поставил чашечку на стол.

— Вам не понравилось? Может быть, чаю?

— Благодарю, но позже, мне вдруг взбрела в голову прекрасная идея. Если наш юный друг прав и ваш семейный адвокат, образно выражаясь, был напрасно запущен в огород, то вы в серьёзной опасности.

— О боже, мне страшно…

— Ну, я не сторонник скоропалительных решений, но есть вещи, которые можно и нужно проверять. Он знает, что завтра вы пойдёте к священнику.