Мой темный принц

Затем он снова спросил:

— Теперь вы хотите, чтобы я привел господина фон Бисмарка?

— Да.

Я не колебалась. Я не была уверена во многих вещах, но я была уверена, что хочу увидеть Оливера. Чтобы у него были хотя бы какие-то ответы. Оливер всегда был моим любимым местом, куда я возвращалась. Он был единственным адресом, который когда-либо знало мое сердце.

— Приведите его.

13

Оливер

Ромео Коста: Это правда, что они говорят?

Олли фБ: Не делай вид, что удивлен. Ты много раз видел меня голым. Ты знаешь, что он не может быть короче двенадцати дюймов.

Ромео Коста: Ты неправильно написал «восемь в хороший день».

Зак Сан: Ходят слухи, что ты напал на женщину, работавшую над фильмом, на котором стажировалась Фрэнки.

Олли фБ: «Стажировалась» - интересный выбор слов.

Ромео Коста: А какое слово использовала бы ты?

Олли фБ: Разбивала. Терроризировала. Поджигала. Выбирай сам.

Ромео Коста: Не меняй тему. Кто она?

Олли фБ: Твоя невестка, к твоему огорчению.

Зак Сан: Женщина, которую ты домогался. Фрэнки сказала, что ты дал ей порулить своим «Феррари», чтобы ты мог преследовать эту женщину.

Олли фБ: Фрэнки, как я вижу, много болтает.

Ромео Коста: Где ты вообще находишься?

Олли фБ: В больнице.

Ромео Коста: В БОЛЬНИЦЕ?

Зак Сан: БОЛЬНИЦА?!?!

Олли фБ: У нее сотрясение мозга.

Зак Сан: Сейчас самое время позвонить своим адвокатам, Оливер?

Олли фБ: Это я ее спас, а не ранил. Боже.

Зак Сан: Я позвоню им на всякий случай.

Ромео Коста: Я еду в больницу.

Олли фБ: Нет необходимости.

Ромео Коста: Я возьму с собой Дал.

Олли фБ: Разве я не достаточно настрадался сегодня?

Зак Сан: Не совсем. Тебе нужно, чтобы мы что-нибудь принесли?

Олли фБ: Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ВЫ НЕ ПРИХОДИЛИ.

Зак Сан: До скорой встречи.

14

Оливер

Сглаз. Несчастье. Проклятие.

Я принес несчастье всем, кто был мне дорог.

Тогда. Сейчас. Ничего не изменилось.

Ножки дешевого пластикового сиденья в приемной топорщились подо мной каждый раз, когда мой каблук подпрыгивал на линолеуме пола. Я стучал пальцами по коленям в ритме «Спящей красавицы».

Мне следовало воспринимать это как предупреждение. Мне удалось прожить пятнадцать лет, не слыша ее. Однако воспоминания о том, как я танцевал под нее с Брайар, всплыли в памяти несколько дней назад на вечеринке, после того как наследница Монако попыталась заманить меня на быстрый секс в ванной комнате известного дворца. Заиграл вальс, испортив весь момент.

Часы над приемной сверкнули на меня.

Два часа ночи.

Я вздохнул, размахивая рубашкой, которую я стащил у проходящего мимо. Несмотря на то, что на мне все еще были жалкие промокшие джинсы - те самые, в которых я спас Брайар, - я не чувствовал холода. Благодаря притоку адреналина я вообще ничего не чувствовал.