Мой темный принц

— Папа выхватил из маминых пальцев фужер с шампанским и бросил на проходящий мимо поднос. — Этот новомодный подход к воспитанию детей не для нас. В наши дни люди растят отродья.

У меня заслезились глаза. Я заставила себя сосредоточиться на танцующих парах, чтобы заглушить боль. Под слоями ткани мои ноги двигались в такт вальсу, с каждым взмахом ударяясь о перила веранды. Правая нога - назад. Левая нога - в сторону. Обе ноги - вместе. Левая нога - вперед. Правая нога - в сторону. И повторить.

Мои мышцы покалывало. Каждая косточка в теле хотела танцевать. Я завороженно наблюдала за тем, как люди кружатся, кружатся и кружатся, и их смех проносился по моему позвоночнику, как порция эспрессо.

Буэнос-Айрес.

Я впервые услышала об их планах. Джейсон и Филомена Ауэр никогда бы не позволили ребенку задавать вопросы не по делу - и уж точно не о будущем, которое они полностью контролировали.

— Такие эгоистичные вопросы расстраивают твоего отца, — укоряла мама всякий раз, когда я затрагивала тему наших постоянных переездов. — Тебе не стыдно, что ты такая неблагодарная и избалованная? Неужели ты думаешь, что все дети живут в такой роскоши?"

"Нет. Я вовсе так не думала. Проблема была в том, что мне не нужна была дизайнерская одежда, пентхаусы на небоскребах и шикарные рестораны. Мне нужны были верные друзья, домашняя еда и игра в ромми с родителями в ленивые вечера каникул. О таких вещах Оливер фон Бисмарк рассказывал сказки - такие красивые и чужие, что я не верила, что они могут быть правдой. И все же мне отчаянно хотелось, чтобы это было так.

Когда-нибудь у меня это будет. Счастье. Свобода. Друзья, настолько близкие, что они стали семьей.

Мама вздохнула.

— Во всяком случае, мы нашли решение.

Для меня это новость. Решение? Для моего одиночества? Может, мне наконец-то разрешат завести собаку?

— О? — Я повернула голову в их сторону и успела заметить Олив Дресс, наклонившуюся вперед. — И каково же решение?

Папа повернул запонку так, чтобы наш фамильный герб лежал вертикально.

— С сентября Брайар Роуз будет учиться в Surval Montreux.

Моя кровь застыла в жилах. Surval Montreux была школой-интернатом для девочек. В Швейцарии. Они бросали меня здесь. Они даже не обсудили это со мной.

— Surval Montreux? — Платье Олив Дресс завибрировало, и она отпрянула назад, словно одна мысль об этом оттолкнула ее. — А почему не Le Rosey?

Мама погладила жемчужину Mikimoto, лежащую на ключице, и отвела глаза в сторону, как будто разговор ей наскучил.