Мой темный принц

— Брайар, как тебе десятиярусный торт?

— Изжога, которая только и ждет, чтобы случиться, — пробормотала я. Это не имело значения. Этого не случится.

— Хорошо. Тогда решено. Двенадцатиярусный торт. — Даллас сцепила руки вместе. — Кто-нибудь еще сейчас голоден?

Фэрроу допила свое шампанское.

— Нет, но мне хочется тыквенного фраппе.

— Осторожно, ты можешь быть беременна.

— Я не прекращала принимать противозачаточные. Пока.

— Забавный факт. — Я попыталась поправить отвесный V-образный вырез платья, чтобы он лучше прикрывал мою грудь. — В одном фраппе больше сахара, чем в двадцати пончиках.

Даллас вскочила с дивана, ее челюсть упала.

— Ты хочешь сказать, что все это время двадцать пончиков были не так уж плохи, как я думала? Такое ощущение, что я только что узнала что-то грандиозное.

Фэрроу хлопнула себя по лбу.

— И вот что ты из этого вынесла?

Агнес вернулась с пластиковой коробкой, полной булавок.

— Брайар, дорогая, платье на тебе выглядит идеально. — Она поправила шлейф платья «Микадо» из чистого шелка, которое я уже примеряла. — Оливер сойдет с ума, когда увидит тебя.

Я не могла удержаться от того, чтобы не покрутиться, глядя на себя в зеркало.

— Надеюсь, я не надоем ему до свадьбы. — Нам обоим будет полезно посеять семена сомнения в умах его родителей.

— Ты шутишь? — Агнес отложила коробку с булавками, скрестив руки. — Ты всегда была для него единственной и неповторимой. Я видела, в какой депрессии он был после вашего разрыва. Он так и не смог полностью оправиться. Пока ты не вернулась. Я не видела его таким счастливым с тех пор, как... — Она остановилась, нахмурившись, чтобы подумать об этом. — Честно говоря, никогда.

Это была пытка.

Я ненавидела лгать.

— Ты вернула столько света в его глаза, — продолжила она, опустив взгляд на мое лицо, словно я нарисовала небо с луной и звездами. — Впервые я не беспокоюсь о нем и его будущем. И все из-за тебя.

Я повернулась к ней лицом, сжимая ее плечи. Слезы, наполнявшие ее глаза, укоряли меня в совестливости. Этот продуманный розыгрыш в итоге причинил бы ей боль. Как и то, что я рассказала ей правду. Мы не должны были заходить так далеко.

Поправка: Оливеру не следовало сообщать об этом в New York Times.

Я прикусила губу, заставляя себя сказать ей, что свадьбы с Оливером не будет.

— Агнес, я...

Даллас поднялась с дивана, встав между нами.

— Агнес, я слышала, что вы собираете драгоценные монеты. Пожалуйста, расскажите мне о них.

Агнес подскочила, испугавшись внезапного вторжения.

— И что же ты хочешь узнать?

— Все и обо всем. — Даллас оттолкнула Агнес от меня и помогла ей сесть на диван. Она мотнула головой, чтобы сказать мне: — Не смей разбивать сердце этой женщины.