Мой Super сосед

С особым садизмом натираю тело мылом, провожу по животу жесткой мочалкой и держу руку подальше от вставшего члена, потому что в моей голове одна за другой мелькают картинки обнаженной Киры, оседлавшей меня в машине.

Выключаю воду и упираюсь спиной о стену. Понимаю, что есть вещи серьезней моего неудовлетворенного желания. Моя ложь Туману, например. Из-за этого нас всех могут повязать, и за решеткой я точно больше не увижу свою малышку. А еще есть вероятность, что моя ложь когда-нибудь всплывет, и тогда можно забыть вообще обо всем — в лучшем случае мой труп найдут где-то в лесу.

Вздрагиваю оттого, что снова слышу голос Киры, а потом какой-то шум. Выхожу из ванной комнаты, на ходу натягивая штаны, подхожу к стене, прислушиваясь к тому, что происходит за ней, и слышу мужской голос.

Первая мысль — Кира привела любовника, но эта догадка быстро выветривается из головы, так как с другим мужчиной она вряд ли выкрикивала бы мое имя.

Не раздумывая, хватаю из тумбочки пистолет и бегу в сторону балкона. Сквозь стеклянную дверь вижу двух незнакомцев, склонившихся над Кирой, которая брыкается и пытается вырваться.

От злости запульсировали виски и заколотило сердце. Я сжимаю в руках пистолет, осторожно надавливаю на дверь, которая чудом оказалась не запертой, и действую без промедлений. Одним резким движением бью по голове рукояткой оружия сначала одного, а потом второго верзилу.

Кира дрожит, переводит на меня испуганный взгляд, а я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не избить до полусмерти бессознательные тела за то, что посмели тронуть мою девочку. Вместо этого подхожу к тому, чье лицо измазано в крови, и отодвигаю ногой подальше его пистолет: мало ли, может, очнется через минуту?

Иду к своей девочке, не зная, что сказать, чувствую свою вину в произошедшем, а еще, как никогда до этого, понимаю, что если она узнает, кто я и зачем поселился в соседней квартире, — не простит никогда. Она бросается ко мне, обвивает тонкими руками шею, а мое сердце сжимается от волнения и страха за неё. Вдыхаю носом аромат ее волос и заставляю себя отстраниться.

— Иди, — говорю ей, указывая на открытую дверь, потому что нужно как можно быстрее что-нибудь решить с этими двумя.

Они явно пришли по приказу Тумана, а это значит, что я где-то прокололся. Он все знает — и о Кире, и о нас с ней. Я был глупцом, когда решил, что смогу переиграть своего учителя.

Закрываю глаза, пытаясь придумать, что делать, и в голову не приходит ничего умнее, чем просить помощи у Шрама.

* * *— Слушай, ты ведь пацифист? — спрашиваю с ходу, без приветствий.

— Э-э-эм, что?

— Говорю: ты пацифист? Ну, против войны, насилия и все такое?

— Прости, Змей, но я уже занят.