Мой сосед - медведь

Мудрая, но, в то же время, смешная.

Наверное, мать мне не простит тех решений, что я принял, и будет права… но уже ничего не изменить.

Когда стемнело, я собрал инструменты, остатки стройматериалов и направился в дом, не зная, чего и ожидать. Наташа могла бы обидеться, наверное, потому что я сбежал от нее после ночи близости, отказался от обеда, а теперь приполз еле дыша. Но, когда увидел ее на диване с книжкой в пижаме и с пучком волос на макушке, стало понятно, что все мои дневные усилия пошли прахом. Я сожру ее.…

34

— Наработался? — подняла она взгляд от книжки и стянула очки.

И так это у нее вышло уязвимо и трогательно, что я не сдержал улыбки. Хотя, кажется, вышел голодный оскал.

— Что ты так смотришь? — понизила она голос на мое приближение.

— Соскучился….

— А, — растерялась она вовсе, когда я сел у края дивана и потянул ее к себе за ноги. Глаза у Мышки медленно округлились, и она уперлась ладонями мне в плечи: — Что ты делаешь?

— Тащу тебя к себе в лапы. — И я подхватил ее под попу и поднялся с ней на ноги.

— Ты странно себя ведешь, Раф, — серьёзно заметила Мышка, пока я нес ее к столешнице. — На кой черт тебе дался этот забор?

Ага, все же обиделась.

— Прости, но мне кажется, что это нормально для мужика — заняться чем-то полезным, а не только приятным. Я хочу быть тебе полезным.

Я усадил ее на столешницу и самоуверенно улыбнулся, решив, что уже выиграл в этой перепалке.

— А я не хочу потом смотреть на новый забор и видеть в нем без конца тебя. Ты… слишком запоминаешься. И не только сам по себе, но ещё и тем, что намерен тут делать.

Я медленно сдвинул брови, буравя ее взглядом.

— Мышка, — начал медленно, — но если я ничего не буду делать, типа забора, то шансы остаться с тобой не только в воспоминаниях будут гораздо меньше.

— А ты планируешь остаться? — натурально удивилась она.

— Что тебя так удивляет?

— Все.

— Ты плохо смотрела в зеркало. И слушала меня — тоже, — начал заводиться я.

— Так, стоп! — решительно выставила Мышка ладонь и, отстранив меня от себя, слезла со столешницы. — Тайм-аут. Садись ужинать. Ты же не ел ничего. Потом — перевязка. И укол. А потом поговорим. Если ещё останется необходимость…

— А ты любишь командовать, — оскалился я и коротко куснул ее за шею, когда она отвернулась к холодильнику.

— Перестань, — выдохнула она хрипло и потерла укус.

— Кстати, когда ты была сверху, мне понравилось особенно…

— Я котлет снова нажарила, — совсем растерялась она.

— Что ты со мной делаешь, Наташа? — широко улыбнулся я и направился в ванную. — Я быстро. И перевяжусь заодно.

Настроение иррационально поднялось.