Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

Пришлось как-то взрослеть и доказывать моей бабке, что мы справимся без нее. Это было сложно, учитывая ее дрянной характер. И пельмени научишься лепить и пол мыть. Правда, тогда я не знал, что мы лепим манду.

— Мужчина на кладбище, у которого я хотела украсть документы и есть тот самый студент?

— Он самый."

"— А говорили, что у вас нет слабых мест. А как же отец? Пусть и не кровный.

— Моя мать не была за ним замужем, так что по документам он мне никто. Всего лишь человек, с которым я работаю. А вот с хера ли я тебе об этом рассказал, остается загадкой.

— Тоже мне загадка. Наверняка для того, чтобы войти ко мне в доверие и трахнуть.

— Точно, именно для этого. Снимай свой убогий свитер. Здесь типа жарко.

— У меня под ним ничего нет, поэтому не сниму. Хотя здесь реально жарко.

— Ну так снимай. Кожа должна дышать. И вообще — желание именинника закон.

— По вашему желанию я приехала. Все остальное не в счет. А можно еще вопрос?

— Ну, попробуй.

— Что сделала ваша жена, что вы к ней так…неблагосклонны?

— А ты не догадываешься? — осознаю ли я, что ступаю на скользкую дорожку? Определенно да. Но, когда я еще получу возможность узнать о нем что-нибудь?

— Сделала то же самое, что и ваша мама?

— К сожалению, нет. Если бы она сделала по-честному то же самое, что и моя мать, то возможно мои дети сейчас бы бегали по кухне и мешали мне тебя совращать. А она как крыса последняя трахалась за моей спиной с охранником. И когда в очередной раз я отправил их на море, эта ебливая сука вместо того, чтобы следить за детьми… — замолкает, а затем неожиданно берет большой нож и разрезает им мандарину. — Ну ты поняла, — вслед за одним мандарином, идет другой. И так шесть штук. — Не хочу об этом говорить. Чтобы больше не затрагивала эту тему. Никогда.

Никогда не говори никогда. Теперь меня гложет любопытство втройне. Шутил ли он о том, что убил ее? Самое удивительное, что, если он скажет, что это правда, я его не осужу. Вот ни капельки. И все-таки я жестокий человек.

— Вы правда ее убили?

— Все-таки надо отвезти тебя к ЛОРу.

— Ну раз я уже ступила на скользкую дорожку, дайте поскользить от души.

— Все с тобой идет через одно место. Как мы вообще пришли к этому?

— Я не помню, — честно отвечаю я, смотря на то, как Даниил моет руки и тут же берет два маленьких фужера. Наливает в них чистую водку и протягивает мне.

Я тут же качаю головой. Пить я не буду ни при каких условиях.

— Одну. Разок, — вновь повторяю прежний жест, на что он выпивает свою порцию одним махом. Чуть морщится и закусывает долькой мандарина.

А затем берет меня за запястье и подталкивает к столу. Становится сзади, намеренно прижимаясь ко мне сильнее, чем позволяют правила приличия. Он берет мою ладонь, вкладывает в нее половину отрезанного мандарина и накрывает своей рукой.