Мой босс - злодей любовного романа

И были уже случаи, когда его находили без сознания от истощения. Однако, как я уже упоминала, он терпеть не мог, когда его отвлекали. Потому перед слугами вставала очередная дилемма: с одной стороны — господин, о чьем здоровье они должны заботиться несмотря на прямой приказ, с другой — тот самый господин, который, в зависимости от настроения, мог даже уволить несчастного, осмелившегося проявить о нем заботу во время углублённой работы.

Так было до моего появления. Честно признаться, в тот злосчастный день я поддалась на уговоры Говарда и другой прислуги и рискнула заглянуть к Киллиану, который три дня пропадал в лаборатории. Как я уже рассказывала, дошло до драки и насильственного кормления. А также мне угрожали увольнением и даже казнью за нападение на господина и дворянина, но он меня настолько взбесил, что мне было уже глубоко плевать. Потому вместо выполнения приказов зажала ему нос, вынудив открыть рот, и впихивала ложки с едой.

После борьбы и плотного, хоть и насильственного, обеда, Киллиана сморило сном, после которого никто не сомневался, что меня уволят. На удивление всех, в том числе и меня, не уволили. Неожиданно для всех, после того происшествия Киллиан проявил сознательность и даже соизволил дать разрешение раз в день проверять его в лаборатории и оставлять обед. Отчего-то... этим также приходилось заниматься мне.

Словно у меня работы и без того было мало....

А потому, вместо желанной ванной и теплой постельки, я сейчас должна идти в подвал и кормить одно увлеченное великовозрастное дитя.

- Я переоденусь и спущусь на кухню, — тяжело вздохнула я, остановившись у моей спальни.

- Я прикажу подготовить поднос с закусками для вас и господина, — Говард понятливо кивнул.

— Да, спасибо, — вымученно улыбнулась я, почувствовав тошноту.

Обычно я ела либо с прислугой, либо с господином в столовой, когда у него было свободное время. Я бы предпочла спуститься в подвал, оставить поднос и удалиться, но в какой-то момент Киллиан начал капризничать: сначала требовал, чтобы я оставалась с ним, пока он не поест, а после и вовсе приказал подавать еду сразу на двоих, отчего я была вынуждена кушать сидя между реагентами и омерзительными ингредиентами, похожими на экспонаты кунсткамеры. Это у Нокса желудок был железобетонный ввиду профессиональной деградации, как у патологоанатомов, а мне пришлось долго привыкать, а после бороться с бессонницей из-за кошмаров. Даже сейчас тошно вспоминать, но сегодня аппетита нет изначально.

Вновь голова закружилась...

Вошла в комнату и еле устояла на ногах. С трудом доплелась до постели, на которую буквально рухнула, тяжело дыша. Веки будто налились свинцом, а голову словно раскаленным металлическим обручем сжало.

— Надо...