Мой родной чужой

 — Она усмехнулась: — Так больно понимать, что я много чего не умела. Не умела быть такой, как ты хотел, раз ты смотрел на других. И не стоит прикрываться злостью, я видела тебя таким… чувствовала тебя таким. И ничуть не испугалась. Давай начистоту, Женя — ты не верил мне. Не показывал себя настоящего. И с легкостью разрушил мою веру в тебя. Что нам сохранять, Женя? Мы не знали друг друга. Останови машину, пожалуйста, мне нужно срочно глотнуть свежего воздуха.

— Лара, ты взвинчена. Всем этим откровениям сейчас не время. Мне есть, что тебе ответить, только это разговор не двух минут. — сказал я, притормаживая авто. — Я понимаю, что тебе сейчас нужно отгородиться от меня. Просто знай, что один твой звонок в любое время суток и я приеду. Даже для того, чтобы ты отомстила мне или сделала больно.

Я припарковался и Лара тут же дернула дверь. Не сдержавшись, я удержал ее за руку.

— Нам есть, что сохранять и мы оба это знаем. — глядя в упор, на прощание сказал я и разжал пальцы.

Лара не ответила, дёрнулась и ушла так быстро, будто обожглась. А на сидении остались лежать цветы.

Я сидел и смотрел, как она пересаживается в джип Фила, как этот придурок протягивает ей платок и что-то говорит. Блядь! Он прикоснулся к ее лицу! Мне безумно хотелось вырвать его руки, чтобы он больше никогда…"

"И тут мне вспомнились слова жены о мести. А что если она решит отплатить мне той же монетой с Филом? Я вцепился в руль и прикрыл глаза, выравнивание дыхание, успокаивая внутреннего зверя, с ужасом понимая, что у нее есть такое право. Сделает ли больно этим? Несомненно. Буду ли я мучиться, представляя как он притрагивался к моей девочке? До конца жизни. Заставит ли меня это отказаться от Лары и согласиться на развод? Никогда.

=17=

Лариса

Я сидела в машине Фила, и, несмотря на климат контроль, меня трясло так, что казалось холод поселился внутри меня, вытеснил северными ветрами человеческое тепло, разлился жидким азотом по венам. Ненависть пожирала меня изнутри, уничтожала. Я так ненавидела Женю, что пугала сама себя. Ненавидела ещё сильнее после этого букета любимый мной роз, ненавидела ярче после его слов…

И одновременно хотелось разрыдаться от облегчения. Снова, а ведь я едва успокоилась. Что таить, я уже и не ждала извинений, полагая, что совсем не знала собственного мужа. Он так рьяно отстаивал, что измена это норма, что хотелось разодрать ему лицо в клочья. Сейчас он ещё не осознал всей боли, которую мне причинил, но уже признал, что мне больно. Может, согласиться и сходить к психологу?

Так, стоп, Лариса! Ты забыла слова Жени, когда потребовала развод? Он предупредил, что никогда и ни за что не позволит этому случиться. И, когда понял, что угрозы не подействовали, увидел, что у жены есть могущественные союзники, решил действовать хитростью.