Мой прекрасный враг

Айс был одет тоже в темные тона, эдакий Том Харди в молодости: черные джинсы, высокие бордовые сникерсы и кофейного цвета кожаная куртка с белым мехом в области горловины. Будь я фотографом, сказала бы, что образ для обложки журнала попадает в десяточку.

Заприметив меня, Ледовский мазнул равнодушным взглядом, затем обошел машину и в долю секунды уселся на водительское место. Я уже говорила, что у парня с манерами беда? Видимо, самое время повторить.

Вздохнув, подошла к иномарке, сердце предательски бухало, словно предвещая беду. Может у кого-то и вагон опыта в поездках с малознакомыми людьми, а я обычно стараюсь в узких пространствах находиться с проверенными, а не с кем-то вроде парня, о котором разве что ленивый не трепался языком. Поправочка, трепался в отрицательном контексте. Мысли о домогательстве, запрещенных бандах и драках сейчас вспыхнули, словно пламя зажигалки после щелчка – резко и очень устрашающе.

– Ну, ты садишься, Королева? – опустив стекло, прорычал недовольно Ледовский. Как будто у меня был выбор.

– Сажусь, – буркнула себе под нос, усаживаясь на пассажирское место.

В салоне витал довольно приятный запах хвои и свежести, играла классическая музыка, что, кстати, в корне не вязалось с образом уличного хулигана. В какой-то момент я даже не выдержала любопытства и поинтересовалась.

– Это разве не цикл Баха?

Мы выехали со двора на узкую улочку, спорткар завыл и вмиг довез нас до центральной трассы."

"– Бранденбургские концерты, – ответил Айс, крутя одной рукой кожаный руль. Мой взгляд зацепился за пальцы парня, уж не знаю почему, но они мне показались красивыми: длинные, ровные и очень аккуратные. Обычно я не заостряла внимания на чужих руках, поэтому сама себе удивилась и поспешила отвести взгляд. Глупости какие.

– Бах надеялся, что станет придворным руководителем оркестра, когда дарил этот подарок, – зачем-то добавил Ледовский. И я вновь глянула на него, подмечая, что ребята нашего возраста знать не знают о классической музыке, а тут даже такие мелочи.

– И как? Он стал руководителем? – поинтересовалась я, когда мы проскочили на красный. Ехал Айс довольно быстро, обходя одну машину за другой. Но мне было совсем не страшно, хоть и стрелка на спидометре зашкаливала. От нового знакомого исходила непередаваемая уверенность, словно он был королем трассы, словно сама дорога ему подчинялась.

– Маркграф ему так и не ответил, – сказал Ледовский, мельком косясь в мою сторону. – Рукопись пролежала более ста лет в его библиотеке, пока ее случайно не обнаружили.

– Жаль, красиво ведь, – протянула я, ожидая продолжения столь странного диалога. Однако Айс больше и словом не обмолвился, молчаливо устремляя взгляд на дорогу. Однозначно, общение со мной ему было попросту неинтересно.