Мой папа - плейбой

Рита и Марк одновременно повернулись к Связерскому, и тот клятвенно пообещал:

— Клянусь! Больше никаких сюрпризов.

Рита и Марик одинаково кивнули. Не имея возможности помочь, Марик упал на стул и провел здоровой рукой по волосам. На несколько минут за столом повисло неловкое молчание.

— Достаточно картошки."

"Богдан кивнул. Бросил взгляд на сына. Обычно тот трещал без умолка, так что у Связерского не оставалось шансов сделать что-то не так или еще как-нибудь затупить. Сын будто бы сам подсказывал отцу, как ему себя вести, сглаживал все углы и возможные шероховатости. А тут он молчал, и Богдан вдруг отчетливо понял, что просто не представляет, что ему делать дальше. О чем говорить, и вообще… Он как будто проходил экзамен. Именно в этот момент. Не тогда, когда первым написал Марку, или когда впервые его увидел. Но сейчас…

— Хочешь, погоняем на улице мяч? Можно позвать твоих друзей и…

— Нет! — не дав договорить отцу, сорвавшись в фальцет, проорал Марк. Потом как будто смутился, отвел взгляд. Богдан перевел непонимающий взгляд на Риту, но та, как и он секунду назад, с удивлением смотрела на сына. Он не понимал, что происходит.

— Я сделал что-то не то?

— Нет! Просто я набегался уже, и рука разболелась… — не то чтобы убедительно промямлил Марк.

— На воротах, говоришь, стоял? — хмыкнула Рита, ножом смахивая овощи в миску.

— Ну… Эээ…

— Ты бы поберег себя. Мама права. Даже такие травмы с возрастом вылезают боком, — поддержал тему Богдан, проводя рукой по собственной щиколотке, которая его все сильнее беспокоила. — В хоккее себя нужно беречь.

— Серьезно? И это говоришь ты? Самый большой громила в НХЛ? — как-то нервно рассмеялся Марик. С его сыном что-то происходило. Богдан чувствовал это, как и то, что следующий сезон будет чертовски трудным. Но он не знал, ни как вывести Марка на откровенность, ни что вообще делать в этот самый момент.

— Драки — это неотъемлемая часть игры, — пожал Богдан плечами, — а я хорош в этом деле. Если хочешь, поделюсь парочкой секретов.

— Марк не любит драться.

— Если он хочет чего-то добиться в спорте — этому придется научиться.

Марк опустил взгляд еще ниже. Да что ж такое, мать его?! Что не так? Богдан чувствовал, что все, что он говорит — проходит мимо кассы. Он делал что-то не то. Определенно. Может быть, ему и правда не стоило приезжать? Но, черт… Как же хотелось! Хотя бы одним глазком посмотреть на них. Узнать, чем они жили и как. Увидеть… а бог его знает, что? Может быть, ее такую — домашнюю, растрепанную, в старом выцветшем платье, родом еще, наверное, из прошлого века. С выпачканными землей ступнями. Ступнями ухоженной, шикарной женщины. И с розовым лаком на ногтях.

Беседа не клеилась, как он ни старался.