Мой папа - миллиардер. Второй шанс бывших (СИ)

— Пф-ф! Я тебе не принадлежу, Никита! — напоминаю ему. — И хочу, чтобы другие на меня смотрели.

— Кстати, об этом, — на его лице появляется строгость и уверенность. — Я предлагаю тебе контракт. Уже завтра зарубежные клиники начнут искать донора для нужного тебе человека, но взамен ты переедешь в мою квартиру и будешь жить со мной. Под моим контролем. И, да, это поставит жирный крест на твоей личной жизни.

Хмыкаю, вспоминая, что именно так он и в прошлый раз меня заполучил. Воспользовался тем, что папа спрятал нас с мамой и сестрой в его доме.

— Думаешь, получится, как в прошлый раз, меня завоевать тем, что я у тебя под колпаком? — ухмыляюсь на его слова. — Не выйдет! Я и сама могу зарубежные клиники поднять!

— Ты поднимешь обычные базы, а я же даже те, что ты не можешь, — хмыкает он и наклоняется ближе ко мне. — Эти базы для элиты. Как сказал мой доктор, для тех, кто может в любой момент купить себе новый орган в золоте, если природный ему не понравился или не подходит под сумочку.

— Для элиты? — переспрашиваю, закипая от несправедливости.

— Мне не нравится это значение, но да, — отвечает он со вздохом. — Меня в нее включили. Поэтому я могу достать все, что тебе нужно.

Понимаю, что это шанс. Огромный шанс. Но… от его слов мерзко и противно. Треснуть его хочется.

А точнее, в его лице все общество, которое делит людей на классы. И для верхушки все самое лучшее! Наша семья тоже не бедная, но эти списки элиты!

Почему? Зачем?

Несправедливо!

— Я носик припудрить, — бросаю и встаю, чтобы уйти в дамскую комнату, где успокоюсь. Мне нужно выдохнуть, иначе вновь перестану себя контролировать.

Но мой телефон начинает дребезжать, а фотография сестры на экране внушает страх. В голове сразу же мысли о том, что с Женей что-то случилось.

— Да?!

— Рада, у нас опять приступ! Врачи привели ее в чувство, но мне страшно. Приезжай, пожалуйста. Пожалуйста! Я боюсь оставаться с ней сейчас одна! Я боюсь не справиться, — кричит она в слезах. — Рада, пожалуйста!

— Женя в порядке сейчас? — спрашиваю и чувствую собственные слезы.

— Да, спит. Ей капельницу поставили, — отвечает мне.

— Я еду, — бросаю ей и отключаюсь. Всего секунду сомневаюсь и оборачиваюсь к Златогорскому. — Пусть будет по-твоему. Но ничего против моей воли! И даже не надейся, что между нами что-то будет!

— Это мы еще посмотрим.

— Не будет ничего! — кричу на него так, что все вокруг слышат. — Не будет! Я ненавижу тебя, Златогорский! Ненавижу! — слезы льются по щекам.

В одну секунду я оказываюсь уже в его объятиях и реву как не в себя.

— Тише, девочка моя! Тише! — Никита подхватывает меня на руки. — Спасем мы твоего Женю! Спасем! Но я тебя ему все равно не отдам. Ты моя…

Никита

На руках доношу Раду до своей машины.