Мой папа - миллиардер. Второй шанс бывших (СИ)

Я ведь знаю тебя!

— Не веришь, что она мне нравится? — фыркаю недоверчиво на ее заявление.

— Не верю в то, что ты сдаешься, — отзеркаливает мой тон и выражение лица. — И тебя останавливает какой-то там другой? Не ври! Если она тебе нравится — ты будешь сражаться за нее!

— Ну...

— Вспомни, как вы познакомились, — продолжает сестра, не давая мне продыху. — Ее спрятали в твоем доме, и она на тебя вечно шипела и говорила, что у нее парень есть. А ты что сделал?

— Я показал, что он недостоин ее. И добивался ее каждый день, — хмыкаю, вспоминая те времена, когда обрел сестру, когда влюбился в занозу."

"— Так-то, Никит! — выкрикивает она с улыбкой. — Если любишь, то сражайся снова! И в этот раз женись, чтобы точно не сбежала… Вспомни меня и Славу! Мы тоже через время сошлись! И что?! Счастливы и рады! Трое детей!

А вдруг я стану как отец? Женюсь на ней, а не стану счастливым? Буду изменять ей? Разве она этого достойна?

Вначале я должен убедиться, что и она, и я будем счастливы вместе. Либо пусть какое-нибудь чудо решит за нас…

В одном сестра права. Сдаваться не в моем стиле!

Рада

— Я не знаю, что делать, мам, — беспокойно хожу из одного конца комнаты в другой. — У него положительный и у меня положительный. Только у Женьки отрицательный! Как так может быть?! Просто как?!

— У меня тоже положительный, — вздыхает мама, с жалостью глядя на меня.

Мы уже обе вдоволь наплакались и теперь перешли к следующей стадии. К обсуждению.

— Да у всех положительный! — восклицаю я. — Только у его матери был отрицательный! Я ведь даже решила, что врачи ошиблись! Заставила Дашу делать еще один тест на резус-фактор у Жени! Отрицательный! У нашей дочери отрицательный! Как такое вообще может быть? Разве кровь не наследуется от родителей? Разве может такое через одно поколение передаваться?! — недоуменно спрашиваю не то себя, не то маму.

— Базы! — она разводит руками, потому что, как и я, во всем этом не разбирается. — Только базы теперь!

— Я завтра вернусь в Питер, — объявляю ей решение, которое приняла, еще когда ехала от Златогорского. — Мне здесь больше нечего делать.

— Может с Никитой поговоришь насчет Жени? — с опаской предлагает мама. — Может он что-нибудь придумает.

— Что он может придумать? — не даю ей закончить, потому что бред какой-то говорит. — Резус-фактор кому-то поменяет? Себе, мне или Жене? Не смеши меня, мам! Ему ни к чему знать! Он отказался от нас! Ему ни к чему все эти серьезность и ответственность! Он взрослый свободный человек!

— Мда уж... — сдается родительница, смиряясь с моей позицией, или все же соглашается, чтобы меня больше не злить. — Ну хоть с салоном помог.

— Это да, — согласно киваю и сажусь на диван. — Мог ведь вообще ничего не делать. Другой на его месте так бы и поступил.