Мой палач. Реквием (СИ)

Моя сука!

Та, которую я пожалел однажды, жизнь ей дал, пошел ради нее против всех, а она…вспорола мне душу ржавым ножом.

Виктор меня едва ли не умолял забыть ее уже, отпустить, а я не мог! Как повернулся на этой твари. Ася хотела на сцену, вот и поперлась туда. Словно специально дразнила меня, последнее время уже принимая цветы от других мужиков, улыбаясь им, когда я, сука, сгорал!

Я хотел ее задавить, боялся только, что это сделает Булат первым, как только найдет ее, но он не возвращался со своей Испании. Он словно ждал, и я не знаю, чего.

Последней каплей стала новость о том, что Ася на наркоту подсела. На какую-то дрянь, которую она вдыхала. Об этом трубили все бумажки, когда она начала срывать свои же концерты.

Я не верил. Думал, моя девочка не способна на такое, но нет. На свежих фото уже заметно было, что глаза ее соловьиные перед выступлением, а на красных губах красуется глупая улыбка.

Ася сидела на какой-то дряни, сама себя убивала, тогда как я давал ей, давал, блядь шанс на нормальную жизнь! И тогда я не выдержал уже. Я не знаю, зачем поперся к ней. Убить, наверное, или трахнуть. Или сначала трахнуть, а потом убить. Я не планировал ничего, я просто захотел ее себе. Ощутить снова, посмотреть в глаза ее за эти три года впервые.

Неженка…О нет, от нее уже ничего нежного не осталось. Зайдя в гримерку, я увидел перед собой суку. Настоящую красивую суку, которая жадно вдыхала белый порошок.

Ася округлила глаза, когда услышала меня, и резко повернулась. Она сразу меня узнала, тогда как я смотрел на нее, и не понимал.

Что блядь, с нею стало за это время. Почему…почему она сбежала тогда? Ни слова не сказав. Просто....предала.

Я ожидал ее страха, обиды, и даже прокленов, но блядь, точно не такой встречи. Ася начала драться со мной. Накинулась на меня, точно озверевшая кошка. Ногтями своими острыми она хотела сердце мне выдрать, и я просто охренел от такого напора.

Как бешенная самка, Ася дралась, рычала и кидалась на меня, тогда как я жадно рассматривал ее фигуру.

Еще лучше, сука, стала. Расцвета просто, женщиной стала, не девочкой трусливой больше, нет. Ее бедра и задница округлились, грудь больше стала, талия тонкая и взгляд медовых глаз этот дерзкий, прямой, такой новый для меня и невозможно желанный.

Ася хотела меня убить. Какого-то черта эта кошка совсем одичала, и больше не боялась меня, она меня просто ненавидела.

Я видел это, однако возится с мотыльком не был настроен. Она все кидалась на меня, но только дразнила, распыляла, возбуждала безмерно в этом платье, едва прикрывающем ее колени, я захотел ее себе снова."

"Она уже была моей. Ася мне принадлежала! По праву крови, и я просто забрал свое, перекинув сучку через плечо, я вынес ее, уложил на заднее сиденье машины, и уже через час я был с ней дома.