Мой палач

Девушки в строгой чёрно-белой одежде, парни в костюмах, у всех красные ленточки с золотистыми подписями, мол, выпускники.

Делаю несколько кадров и опускаю фотоаппарат, сползаю на парапет и сажусь.

Стучу подошвой, проверяю телефон.

Сообщений нет, и я морщусь, так быстро привыкла, почему же он молчит.

""Что делаешь?"" - не выдерживаю и отправляю сама.

Гмпнотизирую экран.

Виконт не отвечает. И я всерьез паникую, может, он несвободен, в этом причина?

Занят с женщиной. Они обедают жареной картошкой и курицей, едят салат, друг другу улыбаются, а рядом дети, семейная идиллия.

- Ты потом с нами поедешь? - рядом вырастает Антон, хватает фотоаппарат. - Мы на площадь, гулять, на фонтан и в кафе.

От разрязаженных, столпившихся стайками одиннадцатиклассников во все стороны разлетаются взрывы смеха, и я качаю головой, мне с ними немного грустно, и теперь больше с Виконтом хочется встретиться, чем к брату в школу идти.

- С мамой договорились только на набережную, - проверяю время и нервно кручу перстень, уже двадцать минут двенадцатого, о чем думает Виконт, где его инструкции?

Взглядом выискиваю Влада.

Парня сложно не заметить, он меньше всего похож на выпускника - белая шелковая рубашка, черный костюм, блестящие туфли. Высокий, улыбчивый, в окружении девушек и друзей, душа компании и привык к вниманию, лениво поддерживает разговоры, знает, что красавчик, такой самоуверенный, что я невольно щурюсь и прикидываю - мне назначили встречу в торговом центре у набережной, где гуляют выпускники.

Это совпадение или это потому, что так было удобнее?

- Фотоаппарат профессиональный, ты фотограф? - он появляется рядом, и я вздрагиваю, у него платок в нагрудном кармашке, и ромашка. Ромашку он выхватывает жестом фокусника, протягивает мне.

Машинально тяну руку за цветком, и он отодвигается.

- Это смешно по-твоему? - хмурюсь и спрыгиваю на асфальт.

- Да я просто пошутил, Анна, - Влад смеётся. Кладет ромашку на фотоаппарат. - Держи, она твоя.

- Не надо мне, - стряхиваю цветок в воду.

- К букетам привыкла? - он щурится на солнце.

В голове вертится строчка из сообщения ""я никогда не дарил цветы"".

С ромашкой это тоже не считается, наверное, сорвал с клумбы.

- Девочкам своим предложи, - разворачиваюсь, хочу отступить. - Зачем подошёл?

- Потому, что ты смотрела, - его рука касается моего запястья, удерживает. - А девочки у меня нет, если тебя это волнует. Я люблю женщин, а они любят меня.

И тут же, словно в насмешку, сбоку на его плечо вешается длинногая девица.

- Владик, куда пропал, - тянет она низким, грудным голосом.

Окидываю их взглядом.