Мой орк

А Фаргар прижал его коленом к земле:

– Твое место на дереве, охотник, – прорычал вожак, – там и будешь сидеть, белок постреливать. И мой тебе совет, не вставай.

После Фаргар поднялся, стер кровь над губой, убрал кинжал за пояс. Но Ибар не остался лежать. Кое-как охотник все же поднялся.

– Ты сдохнешь, жалкий выродок, – произнес негромко, только чтобы Фаргар услышал. – Пойдешь следом за своим трусливым папашей."

"– Это ты зря, – сейчас же вытащил кинжал и на развороте метнул в Ибара. Лезвие вошло точно между ребер.

Однако вожак решил уже не останавливаться.

– Остановите бой! – крикнул Варду. – Хватит!

– Фаргар! – Тайли мигом спрыгнула с камня, воины даже среагировать не успели, и понеслась к сражающимся. – Не трогай его! – встала между ним и истекающим кровью Ибаром.

– Уйди! – взревел вожак.

– Нет!

– Тайли, – прохрипел Ибар, – уйти!

А Тайли смотрела на Фаргара со слезами на глазах:

– Я никогда не буду с тобой, если убьешь его, – и опустилась на колени около полуживого охотника. – Ты же благородный воин, Фаргар.

Тогда сознание просветлело, и вожак отошел в сторону.

– Унесите его к лекарю, – кивнул воинам.

Девушка же повернулась к Ибару:

– Прости, – коснулась его руки.

– С ним ты обречена на муки, – произнес чуть слышно.

Затем подбежали воины, взяли Ибара под руки и понесли с поля.

– Битва закончилась! – возвестил Варду. – Ваш вожак одержал победу в честном поединке! Женщина теперь принадлежит ему!

Только вот Тайли не испытала радости. Фаргар собирался добить лежачего.

– Идем, – Фаргар взял ее за руку. – Мы должны уйти вместе.

На теле вожака тоже зияли порезы, но не такие глубокие и не в таком количестве. Правда, некоторые все же не мешало бы зашить. И это не считая колотого ранения в ногу.

Фаргар подвел Тайли к своему шатру:

– С этого дня ты можешь жить у меня, – а на лбу выступила испарина, теперь-то боль настигла.

– Тебе нужно обработать раны.

Тайли зашла внутрь, осмотрелась. Оставаться здесь желания не было никакого. Слишком повлияло на нее все произошедшее, возможно, у орков так и принято, однако добивать лежачих – это зверство.

– Садись, – указала на койку.

И как только Фаргар сел, девушка принялась за дела. Натопила пещь, нагрела воды, порвала на лоскуты ткань, что отыскала в одном из сундуков.

– Тайли, – Фаргар выловил ее, когда та пробегала мимо. – Подожди. Я не умираю, меня спасать не надо. Почему в твоих глазах столько злости?

– Не надо спасать? – посмотрела на него с еще большим негодованием. – Ну да… это не ты истекаешь кровью.

– Что? – даже поднялся. – Ты сейчас переживаешь за этого жалкого выскочку?

– Да. Потому что ты его чуть не убил! Он уже не мог сражаться, но ты…

– Молчи! – толкнул Тайли к столу, а после навис над ней.