Мой обман

У него были проблемы и до тебя, поэтому не в них было дело. А потом он замкнулся. Вообще перестал общаться. Я честно думала, что он сопьется или … Лучше и не говорить об этом вслух. — Она выдает мне это залпом. Только взрываясь не ярким салютом, а осколками снаряда, раня сердце и эмоции. — Я практически силой с Марком заставили его отвлечься от этого и открыть фирму. Мы помогли ему закрыть огромный кредит. Поддерживали как могли. Ты ведь не думала об этом. Мы хотели, чтобы он снова загорелся чем-то. Чтобы не мыслями съедал себя, а направил их правильно. И мы нашли то, что вернуло его к жизни. А потом в один день ты возвращаешься. Зачем? Я ничего тогда про тебя не знала, про твоего отца, поэтому логично подумать, что ты вернулась разбивать ему сердце дальше? Чтобы я потом снова с Марком возвращала его к жизни? Ты потом уходишь, не думая о других. Ты хочешь, чтобы все тебя понимали, но сама ничего никому не рассказываешь. Не требуй тогда того, чего не можешь дать в ответ. И да, если ты не хочешь, я больше могу не появляться в твоей жизни. Я не должна была лезть в ваши отношения, я согласна, но мне было жалко его и тех трудов, что мы вложили, чтобы вернуть ему желание жить. Если ты хочешь быть с ним, то будь и не сомневайся в нем, а если нет, — она замолкает и тяжело дышит, — лучше предупреди заранее. А то убьешь его второй раз. И я уже не знаю, помогу ли на этот раз. Он, конечно, сильный, но у всего есть предел.

Она отключается, так и не давая мне вставить и слово.

Такое чувство, что я сама собрала всю грязь, а потом сама же на себя все и вывернула. Хотела даже этого, иначе бы не начинала этот разговор.

Мы ведь действительно с ним договорились. Еще до моего отъезда. Но тогда в аэропорту все пошло не так. Я думала, что это не серьезно. Просто порыв. Потом думала, что фирму свою открыл, потому что у него все хорошо и он и не думает обо мне. А оказывается, так забывал.

Я сжимаю медведя, прикусывая губы, и открываю коробочку с кольцом. Алиса хоть и жестко, но развернула меня и заставила посмотреть на то, что я сделала. В подвал моих страхов меня загнала. Жизнь вокруг меня всегда складывалась так, что задеть кого-то было не сложно, а думать о том, что при этом испытывают другие не принято в той среде, где я росла. Тебя заботит только то, как ты себя чувствуешь при этом.

Я прикрываю веки, позволяя вытекать слезам. Они не помогут мне, слезы вообще редко помогают, но почему, когда плохо, именно они всегда спутники. Почему так плохо, когда представляешь, как было плохо другим. Сжимаю зубы, чтобы не завыть и не рисовать картинки прошлого. Опять этот аэропорт. Как смеялся и думал, что я шучу. Как просил остаться и обещал, что назад пути не будет. А я жалела его и все равно бросала, не думала, что все так серьезно.

А он дал второй шанс и простил.