Мой нежный цветок

Не собираюсь предстать перед ней такой изжеванной и дать очередной повод меня презирать.

Учитывая очевидную ненормальность реакций Эльвиры на самые заурядные события, он не нашелся, что возразить.

— Делай, как знаешь. Тут твой дом. И если с моей матерью возникнут проблемы, я сам ими займусь.

Она ощутила неловкость.

— Я уже стала причиной вашего разлада, Бенедикт. Не хотелось бы продолжения.

— Разлад, — сказал он, — возник куда раньше твоего появления на сцене, сага. Похоже, что последнее время мама сама с собой в разладе. — Он снова напомнил ей о ванной. — Иди, не теряй времени.

— Тебя не затруднит залезть в мой чемодан и выбрать наряд, подходящий к случаю, пока я в ванной?

— Конечно. Одна из твоих длинных юбок и хорошенький топ к ней будут как раз.

Она улыбнулась, и он подумал, что неплохо было бы видеть ее улыбку почаще.

— Спасибо, Бенедикт.

— За что? За помощь в разборке чемодана?

— И за это, и за понимание. — В дверях ванной она задержалась. — Я быстро.

— Особой спешки нет, сага, — ответил он, беспокоясь, что она может поскользнуться и упасть, забираясь в глубокую ванну.

Хорошо было бы помочь ей, потереть спинку, а когда она будет уже раскрасневшейся и размякшей после купания, сладко пахнущей от макушки до кончиков пальцев, завернуть в махровое полотенце и отнести в комнату. Хорошо было бы принять ванну вместе. Голова ее чтоб покоилась у него на груди, его руки обнимают ее. Чтобы можно было бы притронуться к ее груди, погладить чуть набухший живот, добраться до заветного местечка, заставить ее стонать от наслаждения!..

— Бенедикт, — прервала она его, — что-то не так?

Да, проклятие, не так! Он прямо-таки изнывает, на нее глядя!

— Ерунда, сага, — спокойно сказал он. — Давай мойся. Перед основной трапезой у нас принято проводить некоторое время за закуской и вином.

Но сегодня мы с матерью потратили на обсуждение дел больше времени, чем планировалось, так что не следует ожидать особой пунктуальности и от нее. — Он взглянул на часы. — Я положу твою одежду на кровать и вернусь за тобой, скажем, через полчаса, ладно?

— Вернешься? — Тревога опять возникла на ее лице. — Почему? Куда ты?

— Принять душ в старом холостяцком жилище. И обстоятельства таковы, что душ будет очень и очень даже холодным!

— Ты знаешь, — улыбнулась она, чаруя его ямочками на щеках, — если ты станешь так меня баловать, я быстро привыкну к хорошей жизни."

"Решив, что лучше держаться от нее подальше, пока гормоны вновь не разбушевались, он с притворной серьезностью объявил:

— Прибереги льстивые речи до более подходящего случая, Кассандра, и ныряй-ка поскорее в ванну. Мы теряем время.

Не заметив его терзаний, она ""послала ему последнюю улыбку и исчезла в ванной комнате.