Мой неверный муж (СИ)

Десять лет женаты, а наша близость только слаще и острее стала. Да, мы оба занятые люди и порой падали от усталости. Но если мы уж занимались любовью, то это было до дрожи в пальцах и красной пелены на глазах. Наверное, потому что это любовь. Настоящая любовь. Я была совсем не подходящей партией мужчине другой религии. Он тоже не предел мечтаний родителей коренной москвички с родней в православной церкви. Мой дядька по отцу — архиерей. Вот такая штука. И все-таки мы вместе. Какое бы ни было имя у Господа, но нас он благословил двумя детками за раз…

Я медленно и грациозно подошла к мужу. Мне нравилось видеть в его глазах сексуальный голод и агрессивное нетерпение. Когда мужчина хочет женщину — это заводит.

— Соскучился, говоришь? — шепнула прямо в губы, перехватывая инициативу, лаская напряженный член.

— Да… — хрипло на выдохе.

— Я тоже… Проверь…

Рука нырнула мне между ног: муж пальцем сдвинул полоску трусиков и погладил влажные нижние губы, медленно и уверенно обводя вход. Затем резко вставил, вызывая неожиданный спазм.

— Сожми, Полюшка… — я подчинилась и рукой, и стенками внутри. — Ты такая красивая… — сжирал взглядом мое лицо. Неожиданно просигналил телефон, я скосила глаза: сообщение от авиакассы. Марат уже купил билеты?!

— Загитов! — толкнула в грудь. — Ты все решил? Сам?!

— Поль, ну что ты начинаешь? Сказал же, дня через три прилечу обратно. Давиду я нужен!

— Ты бы хоть ради приличия спросил: как я вообще? Нужна ли мне помощь? Твоя поддержка? Мне ты тоже нужен! Но я, конечно же, не Давид! — завелась не на шутку.

— Полина, не душни. Я все оплачу, сказал же.

— Да иди ты! — обиженно вырвалась из объятий. — Без тебя разберемся."

"Я направилась к выходу. Даже если мы ссорились, то спали всегда вместе. Конечно, я приду в спальню, но не сейчас. Марат неприятно удивил. Он нужен здесь, но рвется в Москву, потому что Давиду, видите ли, он нужен. Я никогда не ревновала к его большой семье, где каждый первый брат, но моя тоже должна иметь значение!

— Ты уверена, Поля? Не знаешь, от чего отказываешься! — светил стоячим хозяйством.

Я повернулась и, снисходительно улыбнувшись, ответила:

— Мартик, — использовала ласкательное, которое он ненавидел. Только Марат или Март. Ну или господин Марат Адамович Загитов. — Там, — кивнула на возбужденный пах, — нет ничего, что меня может удивить.

Да, этот прибор я исследовала да мельчайшей поры и выемки, каждую венку, волосок, цвет, вкус и запах. Я уже отвернулась, но успела заметить странную злость в темных глазах. Неужели обиделся? Ну так и мне неприятно!

Я просидела до часа ночи над новыми услугами клиники. Попросила команду накидать интересных предложений, потом будем внедрять. Индустрия красоты и эстетической медицины не стояла на месте.