Мой неласковый Монстр

Мне становится жарко, очень приятно в животе и так, словно пружина натягивается до треска. Грудь ноет, соски стали как камушки. Я хочу отпустить себя, но не могу, мне страшно, но Арман продолжает об меня тереться, делая имитацию фрикций.

Кажется, он меня околдовал или загипнотизировал, потому что вскоре мое тело меня предает настолько, что я издаю нечто вроде стона, а после чувствую, как Монстр просовывает руку мне между ног и нежно проводит пальцами по невероятно чувствительным сейчас складочкам. А после быстрее, еще быстрее растирает мой клитор, пока я не стону в голос, не начинаю ерзать под ним.

Мы оба видим, насколько я влажная, я же от стыда не смею даже пошевелиться.

— Что со мной?

— Ты возбудилась, малышка, и да, ты не фригидная, Еся. Очень даже живая, ты дико чувствительная, и теперь мы будем переходить к практике.

— Какой практике?

— Сейчас ты будешь для меня кончать.

Глава 24

Забавная. Моя девочка еще ни разу не испытывала оргазм, хотя ей уже исполнилось восемнадцать. Я к этому возрасту уже давно трахал все, что можно было трахать, и утопал в оргазмах, хотя большинство самок я драл с закрытыми глазами. Так было проще, я их не любил, и они меня тоже. Это было давно, а после уже на свободе я сам мог выбирать себе любую.

Природа дала мне внешние данные, а свобода подарила возможность выбора, так что я себе ни в чем не отказывал. После освобождения я на некоторый срок вообще отказался от секса, а после занимался им только ради своего удовольствия. Я не думал о партнерше больше, и обычно мало какие женщины меня выдерживали. Нередко они сбегали прямо во время секса, не выдерживая моих смелых, раскованных и часто жестоких предпочтений."

"Было ли мне их жаль? Нет, они сами подставляли свои дырки и теперь мне продавали тела за деньги. Эти женщины ничем особенно не отличались от меня в юности, так что я вел себя с ними точно так же, как мои клиентки вели себя со мной, и я ни хрена не мог с этим сделать, хотя нет. Вру. Некоторых я все же посылал на хер и отказывался трахать, за что сутками напролет сидел, как пес, на цепи, без крошки хлеба.

Секс и боль. Для меня это одно и то же. Все еще. Блядь, сколько бы лет ни прошло.

Девочка. Моя красивая пленница, моя рабыня. Я понял, конечно же, что у Еси до меня был какой-то плохой эпизод, о котором она молчит. Ее отчим ее напугал, и за это мне хочется отрезать ему голову и проварить его в кипящем масле.

Из-за него Есе теперь сложнее мне открыться. Этот ублюдок мне все испоганил, но не настолько сильно, чтобы я не мог это исправить.

Еся очень чуткая и отзывчивая. Она мне подчинится, просто мне надо будет приложить для этого чуть больше усилий.

Я ее анализировал, изучал, приручал к себе. Она любит нежность, но еще больше ей нравится грубость.