Мой наследник

После такой безобразной сцены ни за что не желаю с ним спать. Остаются только холл и гостевая комната, где я ночевала накануне. Вхожу в темную спальню и, упав на кровать, даю волю слезам."

"Почти сразу открывается дверь, и на пороге застывает Годаров.

– Ты ничего не перепутала? – интересуется насмешливо.

– Уходи, – прошу я, садясь на кровати. – Пожалуйста, уходи!

– Обойдешься, – рычит муж и в два шага оказывается рядом. Подхватив на руки, тянет в спальню. Бурчит что-то себе под нос о моем паршивом характере.

– Не хочу с тобой спать, – заявляю обиженно.

– Сон отменяется, девочка, – самодовольно хмыкает муж, по дороге стаскивая с меня халат. И уложив на постель, скалой нависает сверху. – Я разберусь, Света, – заявляет мрачно. – Выясню, кто решил поиграть со нами таким гнусным образом, и бошки поотрываю. Понимаешь?

Руслан снова впивается в меня злым взглядом. Видимо, намекает, что и мне не поздоровится. Плевать, я ни в чем не виновата! Но молчу, не желая убеждать в очевидном.

– Спасибо, – мяукаю еле слышно. Делаю вид, что не понимаю угроз и намеков.

– Фотки удалят до утра. Твоя репутация не пострадает, – замечает муж совершенно спокойно. Его руки скользят по моему телу, будто я его собственность. А может, Годаров так и считает. Сдерживаюсь, пытаясь не разреветься. От горя и отчаяния пробирает мороз. Никогда не хотела такого брака, а вот вляпалась. Какой там срок вписал Руслан в брачный контракт? Два года? Они пройдут быстро!

– Не трогай меня, пожалуйста, – прошу, убирая его руки. – Мне неприятно.

– Да что ты? – ухмыляется Годаров. – Ты сама выбрала этот путь, девочка. Вернула лям в надежде на большее? Вот счастье и обломилось.

– Что ты несешь? – пытаюсь вывернуться из-под сильного тела, прижимающего меня к матрасу.

– Не рыпайся, – хрипит Годаров и лезет целоваться. Безобразней сцены трудно придумать.

– Я не хочу, Руслан! – просунув между нами локоть, выдвигаю главный аргумент.

– Как скажешь, куколка, – криво усмехается он. И скатившись на свою половину, демонстративно закидывает руки за голову. А я, свернувшись клубочком, пытаюсь понять, как жить дальше. Терпеть два года это скотство, или предать гласности историю с фотками и развестись?

«Он не отпустит, – подает голос здравый смысл. – Да и бабушка, узнав о сомнительных сайте, сильно расстроится. Как там говорят англичане? Клевета, что уголь. Если не обожжет, то перепачкает».

– Света, – руки мужа снова тянутся ко мне. Матрас проседает под движением большого тела. Руслан прикатывается вплотную. Прижимает к себе, жарко шепча. – Прости, если был груб. Для меня это тоже шок. Понимаешь? Мне казалось, я тебя всю жизнь знаю. А тут столько сюрпризов…

Широкая ладонь снова ложится на живот. Нос мужа упирается мне в шею, а другой затвердевший орган – в ягодицы.