Мой муж вне закона

Ты же знаешь, Нин, что мой отец не последний человек. Как-никак в мэрии работает, но даже он оказался бессилен. Меня затаскали по ментовкам, да и люди Муратова несколько раз проводили «разъяснительные» работы. Пытались узнать, кто подсунул Лере губительную дозу. А я не знал! Честное слово, не знал, что Денис промышляет этим.

– «Разъяснительные» работы? Что ты имеешь в виду?

– Вот, смотри. До сих пор шрамы не зажили, – в подтверждение своих слов Ваня закатывает рукав толстовки и показывает следы от пыток в виде уродливых ожогов. – Это я ещё легко отделался.

Внутри меня всё холодеет от страха. Я всегда знала, что Андрея нельзя назвать законопослушным гражданином, но после рассказа Ивана мне действительно становится не по себе. Можно сказать, что тогда на кладбище, когда Муратов вышвырнул меня из своей жизни, я ещё легко отделалась.

Он помешался на том, чтобы наказать виновного и зашёл в этом слишком далеко. Это не тот Андрей, который купал меня в ласках и нежно шептал над виском моё имя. Это другой – одичалый, злой, беспощадный и мёртвый в своих эмоциях.

– Шмонали всех наших, пока не определили, что там был замешан Денис Мельников. Таким образом пришлось отстрочить поездку за границу. Учёба пошла прахом, но в этом году я попробую снова.

Мы ещё немного разговариваем о наших общих знакомых, но улыбаться у меня получается уже с трудом. Я мысленно прокручиваю в своей голове другой сценарий развития событий, при котором я смогу остаться в выигрыше и сохранить себе ребёнка. Сейчас я даже не сомневаюсь в том, что Андрей мне его не отдаст. Достаточно только спуститься на первый этаж к банкомату, снять столько налички, сколько возможно, и тут же убежать из торгового центра через чёрный выход куда глаза глядят.

– Спасибо за угощения, – поднимаюсь с места и беру в обе руки по пакету. – Но мне пора.

– Стой, Нин! Ты же о себе ничего не рассказала! – возмущается Иван.

– У меня всё хорошо, – улыбаюсь ему сквозь подбирающиеся к глазам слёзы. – Мамой скоро стану как видишь.

– Заранее поздравляю! А отец ребёнка?

– Отец? Да ты его не знаешь, Вань, – отвечаю одногруппнику, отмахиваясь от вопроса. – Как-нибудь в другой раз подробнее расскажу.

Из кофейни вылетаю пулей. Спускаюсь по эскалатору на первый этаж, расталкивая прохожих и почти не видя ничего перед глазами. Внутренности выкручивает от страха и прозрения. Андрей не оставит мне ребёнка, нашего сына. Ни за что не оставит... Как только я рожу, он его себе заберёт, а меня с лёгкостью вытолкает на улицу, потому что со смертью дочери он превратился в монстра. Интересно только одно: способен ли Муратов хотя бы на каплю любви, чтобы компенсировать малышу отсутствие мамы?

У банкомата здоровенная очередь, но я всё равно тороплюсь и по эскалатору даже не иду, сбегаю.