Мой милый повеса

 – А почему вы в темноте-то сидите?

– О, наверное, потому, что так мне больше нравится! – съязвила Мэг.

Он запустил руки в волосы.

– Ах да, простите.

– Я забралась на лесенку, посмотреть средство для чистки на верхних полках, но тут дверь захлопнулась и свеча погасла, да и кресало куда-то запропастилось.

– Здесь есть свеча и кремень? – Харт огляделся, но тут же понял, что это совершенно бессмысленно: не смог увидеть даже собственную руку перед глазами.

– Да, где-то тут.

– Значит, их нужно просто найти.

– Блеск! И почему я сама до этого не додумалась?

Харт усмехнулся в темноте: мисс Тиммонс опять опровергла его мнение о ней как о тихой серенькой мышке и ему это понравилось, очень!

– Похоже, сидение в темной кладовой с разорванным лифом притупляет умственные способности.

Он не ослышался?

– Вы упомянули, что лиф платья…

– О да! В дополнение к тому, что дверь захлопнулась и я оказалась в ловушке, без света, я умудрилась еще и платье разодрать, пока лазила по этим полкам.

– Какое несчастье! – притворно посочувствовал ей Харт.

В голове у него лихорадочно зароились мысли: она что, полураздета? Он принюхался и уловил нежный земляничный аромат: легкий, эфемерный, как она сама. Неожиданно в этом тесном замкнутом пространстве стало безбожно жарко, даже ладони у него вспотели.

– Весьма неудачно, – согласилась Мэг. – Но если вам повезет наткнуться на кресало и зажечь свечу, я буду вам весьма признательна за то, что повернетесь ко мне спиной.

Харт хмыкнул, а Мэг подозрительно спросила:

– Что это вас так развеселило?

– Вовсе нет: просто слишком уж нелепая ситуация.

Прошло несколько секунд, прежде чем Мэг заговорила снова, и теперь в ее голосе уже не было настороженности.

– Действительно, нелепо, правда же?

Харт в это время уже шарил по верхней крышке конторки, пытаясь нащупать неуловимое кресало.

– Вы считаете, что порывом воздуха от захлопнувшейся двери кресало сбросило на пол?

– Я на четвереньках облазила там все, но ничего не нашла, потом стала звать на помощь. Давайте попытаемся? У вас голос громче, так что наверняка услышат.

– Чушь! – отрезал Харт. – Я не собираюсь тут вопить как идиот. Вот отыщу кресало, зажгу свечу и сам открою эту проклятую дверь.

– Вы, стало быть, считаете меня идиоткой? – совершенно спокойно спросила Мэг, и ему показалось, что ситуация развеселила ее.

– Нет. Просто мне не нужна помощь слуг, чтобы выбраться из запертой кладовки.

– Ладно, я тогда просто подожду, пока вы не спасете положение. Пожалуйста, приступайте.

Харт покачал головой, хоть она и не могла его видеть, и, опустившись на четвереньки, принялся обследовать каждый дюйм пола кладовки. Мэг, прижав к груди разъехавшийся лиф, стояла у дальней стены.