Мой маленький секрет

Я дала себе пару секунд прейти в себя, чтобы подойти к сыну в нормальном состоянии, но из коматоза меня вывели его объятья. Он обнял меня за ногу и смотрел снизу-вверх таким жалостливым взглядом. Стало плевать на все и всех. Подхватила его на руки, не заботясь о сохранности опрятного внешнего вида и крепко прижала к себе. Детские ручки оплели шею, и я почувствовала, как слезки.

— Все маленький, все закончилось. Успокойся мой хороший, — одной рукой прижимала к себе, а второй гладила по головке. Вот только стоять стало резко тяжело. Подошла к диванчику в углу комнаты и присела на него. — Не плачь. Успокойся. Тетя тебя больше не тронет. Ну чего ты плачешь? — и он отстранился.

— Мамуль, прости меня. Но телефончик так долго звонил, я хотел отдать его тете Свете. Надо было никуда не выходить, — и голос такой надломленный, что самой рыдать хочется в голос. Ведь не защитила, не справилась. К черту все это!

— Маленький, ты не виноват, — просто так получилось, почти плача отвечаю ему. — Надо было нам остаться дома.

— Я не послушал тебя, — продолжает сокрушаться ребенок, а мне душу в клочья рвут его заплаканные глазки.

— Тебе не за что извинять, родной, — целую его в макушку, но видимо он в шоке и продолжает свою речь."

"Он никогда не бедокурил и мне не приходилось его ругать. В магазины ходили без проблем. Если ему что-то хотелось, он говорил. Когда я отказывала по той или иной причине, не канючил, потому что знал, я все ему дам, только когда придет время. А тут такое… По сути он не виноват, вот только как ему это сейчас объяснить.

— Прости, прости меня, я больше так не буду, мамуль, — и тут происходит то, чего я уж точно не ожидала.

Бернар подходит к нам и садится на корточки.

— Bonjour, petit. Ne pleure pas. Tu es bien. Ne dérange pas maman maintenant. Vous avez agi comme correctement. Vous êtes généralement bien fait, a tenu, malgré la douleur et n'a pas pleuré, comme beaucoup (Здравствуй, малыш. Не плачь. Ты молодец. Не расстраивай маму сейчас. Ты поступил как правильно. Ты вообще молодец, держался, не смотря на боль и не плакал, как многие), — пытался отвлечь его. — Comment est-ce que tu t'appelles? (Как тебя зовут?).

— Denis. OK, je ne le ferai plus. Maman, je ne vais plus te décevoir. Honnêtement-honnêtement (Денис. Хорошо, я больше не буду. Мам, больше не буду тебя огорчать. Честно-честно), — и повернулся ко мне, шмыгая носиком.

— Договорились мой хороший, — и погладила его по волосам. После этого он снова повернулся к незнакомцу.

— Et comment vous appelez-vous? Vous êtes le de maman ch… ch…? (А как вас зовут? Вы мамин ру… ру…?).

Я же в этот момент смотря на Маршана и говорю губами «Спасибо», на что он лишь сдержано кивает. Вот только он очень удивлен ловким ответам ребенка. Как и другие. Ладно я говорю на другом языке. Взрослый человек, а тут крошка совсем.

— Non, je ne suis pas le superviseur de ma mère. Je m'appelle Bernard. Mais c'est un de mes noms. Tu sais que les français ont plusieurs noms? (Нет, я не мамин руководитель. Меня зовут Бернар.