Мой лунный эльф или как не влюбиться по уши

) – домашнее животное, питомец

Глава 2

Когда магистр опрометчиво пообещал нам скоро вернуться, он явно не рассчитывал надолго задерживаться у ректора. Но что-то пошло не так, и я даже примерно представляла, что.

У меня было целых три версии.

Неправильный эльф, изнемогший в борьбе с разрухой в собственных покоях, самолично явился к мэтру Анселлусу, почтенному руководителю академии, чтобы заявить о творящемся безобразии. Мол, он, высокородный эйр, гибнет во цвете лет под тоннами скопившейся за день пыли. В комнату не войдешь, да что там не войдешь – дверь просто так не откроешь, все сразу сверху сыплется. А избранная им служанка до сих пор нагло пренебрегает своими прямыми обязанностями. Безобразие!

Или группа ушастых, у которых я случайно умыкнула стрекозла, успела наябедничать ректору, что какая-то «человечка» подло похитила их любимого питомца – законную добычу – ценный результат очень важного для родной академии эксперимента. Нужное подчеркнуть.

А может, сам стрекозел влетел в открытое окно ректорского кабинета и на радостях расколотил там все, что под крылья попалось, и затем доверительно сообщил Анселлусу, с чьей легкой руки оказался на свободе и творит подобные безобразия. Кого, так сказать, начальству теперь за все благодарить нужно.

В общем, предположения, почему куратор задержался, у меня имелись – правда, ни одно из них не сулило мне ничего хорошего. Я даже оправдательные ответы уже успела сочинить. На всякий случай.

Через сорок минут, когда мы уже не на шутку начали волноваться – церемонию все-таки никто не отменял, – дверь с грохотом распахнулась, и в аудиторию ворвался взъерошенный, крайне возбужденный Канаги. Я нашего сдержанного, чинного наставника раньше таким не видела.

Магистр добежал до своего стола, схватил лежавшие там бумаги, повертел их в руках, с досадой отбросил в сторону, выдохнул, на мгновение прикрыл глаза и произнес:

– Пора… – и сразу же, почти без остановки: – Валерия, нам надо поговорить.

– Надо, магистр, – мрачно согласилась я. – Сама собиралась вам ска…

– Потом, – нервно перебил наставник. – Сейчас нет времени, мы и так опаздываем… Ну что же вы сидите, адепты? Церемония вот-вот начнется. Все уже собрались. Идемте. Да скорее же… Скорее…

Академия казалась вымершей. Похоже, в ней, действительно, никого, кроме нас, не осталось.

Мы спешили по пустым, гулким коридором вслед за Канаги, как цыплята за хлопотливой, озабоченной наседкой, и слушали его сбивчивую речь.

– Сначала торжественная часть: выступление архимагистра Анселлуса, кураторов курсов, наиболее отличившихся адептов. Потом начнется ритуал. Жрец откроет купол храма Судьбы и выпустит искры предназначения. Это очень красивое зрелище. Необыкновенное.