Мой лунный эльф или как не влюбиться по уши

А главное, категорически не переносил, когда я надолго исчезала. Впадал в депрессию и все дни проводил на подоконнике, мрачно взирая на мир с видом последнего самурая, готовящегося с честью, без позорной спешки, отдать жизнь в борьбе с суровой действительностью.

Поэтому, когда мне неожиданно предложили отправиться в магическую академию чужого мира, я не колебалась ни минуты. Или еду с Марром, или… вообще никуда не еду – другого варианта не существовало.

Земная комиссия, отчаявшись меня уговорить, махнула рукой и предложила самой все обсудить с принимающей стороной, а та…

Как позже выяснилось, на Валгосе кошки не водились – исчезли, причем очень давно. Зато сохранились легенды о могущественных ведьмах и картинки в древних манускриптах, на которых были изображены неизменные спутники этих самых ведьм, подозрительно похожие на больших, откормленных котов.

Так что мне в конце концов удалось убедить мага, проводившего собеседование с отобранными кандидатами, что мой Марр – близкий родственник тех самых легендарных фамильяров. Пэтов, как мы их называем. И вообще, у него огромный потенциал, просто способности еще не до конца раскрылись по причине слабого магического фона здесь, на Земле. А вот на Валгосе он сразу развернется, разойдется и проявит себя во всей красе – никому мало не покажется."

"Маг выслушал мою пламенную речь, покосился на Маську, невозмутимо восседавшего в прозрачной капсуле-переноске, вздохнул и предложил проверить уровень нашей магической связи. Я напряглась, мысленно готовясь к поражению и отказу, но, как ни странно, измерения показали, что Марр идеально мне подходит. Разрешение было получено, и вскоре мы с официально утвержденным и «фамильяром» благополучно отбыли на Валгос.

* * *Снег все падал и падал, грозя превратить мир за окном в один огромный сугроб. На поленьях весело плясало пламя, последний кусок сладкого пирога был честно поделен на четверых и незаметно проглочен вместе с горячим ароматным отваром. Марр, получив свой обед, сменил гнев на милость, перебрался на подлокотник хозяйского кресла и теперь басовито мурлыкал под моей ладонью. А я рассказывала друзьям обо всем, что произошло с тех пор, как мы расстались: о беседе в кабинете ректора, о встрече с неправильным эльфом на галерее… Даже о стрекозле с его «штрафным ударом» не забыла.

– Значит, декан эльфов уверен, что встречаться с Торэтом все равно придется? – переспросил Семен. Нахмурился, решительно качнул головой. – Что ж, если он так настаивает, почему не сходить? Сходим. И порядок наведем. Обязательно. Все как следует… зачистим.

– Почистим, – рассеянно поправила Полли, во всем любившая точность.